Книга Белое дело в России. 1920–1922 гг., страница 416 – Василий Цветков

Примечателен и текст обращения к «английскому примасу» – архиепископу Кентерберийскому, запланированное еще Предсоборной Комиссией. В нем, в частности, говорилось, что «Собор не может не вспомнить ту великую помощь, которую по сей день оказывает английский народ русскому народу. Но еще длинен путь к окончательной победе. Еще много тяжких испытаний ожидает нас, а потому кроме помощи силой оружия нам еще более нужна помощь нравственная. И мы надеемся, что Англиканская Церковь, более полувека находящаяся в постоянном братском сношении с Православной Церковью, окажет русскому народу эту моральную поддержку».

Вообще, на Востоке и Юге России в конце 1918–1919 г. составление обращений к главам зарубежных Православных и инославных вероисповеданий было широко распространено. Основной целью подобных документов считались отнюдь не какие-либо экуменические планы, а лишь достижение максимально широкого оповещения о тех событиях, которые происходят в России, и о бедственном положении Русской Православной Церкви. Среди данных документальных свидетельств можно упомянуть Обращение ВВЦУ в Омске к Римскому Папе Бенедикту XV, ко всем церквам «по поводу зверства большевиков», Обращение «церкви екатеринодарской к христианским церквам всего мира», два послания митрополита одесского Платона «ко всем архиепископам и духовным вождям всех христианских церквей, всех братств и всех вообще христианских общин, всем Соединенным Штатам Америки»^[670].

24 мая 1919 г. Собор завершил свою работу. По оценке Протопресвитера, он имел «огромное значение для последующей церковной жизни… Работа на Соборе протекала спокойно, велась энергично…, Собор в короткий срок разрешил множество вопросов самого разнообразного характера…, он проявил, при общей смуте, большое спокойствие, понимание церковных нужд и готовность идти им навстречу. При большем времени и лучших условиях Собор мог бы принять еще большие решения». Примечательно, что сам Деникин высказывался за продолжение работы Собора, не отказываясь от его дальнейшего финансирования^[671]. Главным результатом его работы было создание ВВЦУ, организационно-правовые полномочия которого стали достаточно обширными. Собор (как говорилось в кратком письме-отчете Главкому ВСЮР) «отдал особое внимание вопросу об оживлении приходской организации и принял меры к устранению неудобств, вытекающих из неправильного распределения некоторых областей в ведении отдельных епархий».

В какой-то степени Собор можно считать примером модели будущего взаимодействия между Церковью и государственной властью в том виде, насколько это предполагалось Определениями Всероссийского Поместного Собора. Епархии, викариатства на территории, занимаемой ВСЮР, получали теперь единый центр управления. По сути, ВВЦУ (как и в Сибири) становилось правительственным органом, близким по статусу к другим управлениям Особого Совещания. Деятельности Православной Церкви на белом Юге придавалось значение государственной политики («в тесном единении Церкви и государственной власти лежит залог возрождения нашей многострадальной Родины»). Председателем Управления стал архиепископ донской и новочеркасский Митрофан (Симашкевич), а в состав ВВЦУ вошел протопресвитер Шавельский. Аппарат протопресвитера армии и флота стал аппаратом Управления, а его начальник канцелярии И. Махароблидзе возглавил канцелярию ВВЦУ.