Книга Звезды для моей герцогини, страница 74 – Эль Вайра

Я так давно его не видела. Хочу поговорить с ним. Прикоснуться к нему. Спросить, что значило его: «Прости», когда мы смотрели на звезды. Слова Маргарет и Шелти прыгают у меня в голове солнечными зайчиками.

«Ты боишься сделать что-то без разрешения».

«Оставь правила для прислуги».

«Выбить бы из твоей головы эти правила, что мешает свободно вздохнуть».

Им вторит еще один голос, которыйя предпочла бы забыть. Леди Мария, вся в черном, с распятием в руках, презрительно смотрит на меня и говорит: «Ты нужна лишь как декорация, Мэри Говард».

Хватит. Я не декорация.

Маргарет нужен Томас, а мне нужен Генри. Мой муж. Он здесь, и я прямо сейчас пойду к нему, мне надоело отводить глаза. Не знаю, может, я чем-то заболела, но мой порыв охватил меня полностью, и я позволяю ему собой управлять. Я хватаю служанку за плечи и трясу ее со всей силы.

— Спасибо, Джоан!

А потом вихрем вырываюсь в дворцовые коридоры.

* * *

Покои Генри находятся совсем рядом с личными покоями короля. Мне бы не хотелось сейчас столкнуться со своим свекром, нельзя вызвать подозрений. Поэтому я бегу на цыпочках, как будто это мне поможет остаться незамеченной.

У двери стоит маленький пузатый мужчина в сине-желтой ливрее. Я напускаю на себя важный вид, стараясь унять свое возбуждение. Заправляю волосы в капюшон, расправляю плечи. Нужно говорить с ним тверже.

— Я должна увидеть Его Светлость.

— Герцог в данный момент никого не принимает, мадам, — отвечает мужчина.

Мы настороженно глядим друг на друга.

— Мне сказали, что герцог прибыл во дворец.

— Он… кхм-кхм… Он нездоров, мадам.

О Боже. Ну всё, это конец. У него там другая девушка. Решимость, которая привела меня к этой двери, улетучивается, и я понимаю, что случилась катастрофа.

Но дверь внезапно распахивается и на пороге стоит Генри.

— Клиф, принеси таз воды…

Он недоговаривает и удивленно смотрит на меня. Его дублет расстегнут. Под глазами серые круги. Густые пряди рыжих волос лежат друг на друге в беспорядке, как будто он несколько раз водил по ним руками туда-сюда.

— … и кувшин вина, — заканчивает он свою просьбу.

Клиф кланяется и уходит. Генри открывает дверь шире и отходит в сторону, жестом приглашая меня войти. Не говорит ни слова.

Я впервые в его покоях. Они огромны. Посередине стоит такая же огромная незаправленная кровать. Внутри никого нет, и у меня вырывается вздох облегчения. Генри закрывает дверь и подходит к разгорающемуся в углу огню. Протягивает к нему руку, одергивает и идет к кровати. Садится на самый край и прячет лицо в ладонях.

Что-то произошло. Что-то, от чего он сам не свой.

Я делаю шаг в его сторону, но не знаю, хочет ли он, чтобы я приближалась. Кажется,я выбрала самый неподходящий момент, чтобы прийти. Опять сделала всё не так. И всё-таки я решаюсь прервать молчание.

— Генри, ты в порядке?

Он молчит.

— Генри?

Я делаю еще шаг и протягиваю руку, чтобы дотронуться до него, но он тяжело вздыхает и выпрямляется. Проводит руками по волосам. Он смотрит на меня, и в его глазах я вижу боль и ужас.

В дверь стучат, и он встает с кровати одним быстрым и грациозным движением. Впускает двоих слуг. Они, в полной тишине, не обращая внимания на моё присутствие, ставят таз с водой у огня, поднос с кувшином и двумя кубками на столик у окна, и уходят так же тихо, как вошли.