Книга Маркатис #2. Курс 1. Октябрь, страница 222 – Гарри Фокс

Она не закончила. Дверь с шумом распахнулась, и влетела Вика, запыхавшаяся и сияющая, а за ней, качая головой, вошла Лена.

— Всё! — провозгласилаВика, хватая со стола фляжку. — Давайте пить! Все выяснили? Все договорились? Тогда праздник продолжается!

Она была глотком безумной, но такой знакомой нормальности в этом новом, сюрреалистичном кошмаре, который теперь официально назывался моей жизнью.

Как только Вика и Лена вернулись, Жанна сразу отпрянула от меня, словно обожжённая. Она отошла к дальнему углу закулисья, где царила более густая тень. Лена тут же последовала за ней. Они устроились на каком-то ящике, склонив головы друг к другу. Я видел, как Лена что-то говорит быстро и тихо, жестикулируя, а Жанна слушает, опустив голову. Потом её плечи задрожали, она закрыла лицо руками. Лена обняла её, продолжая что-то нашептывать. Жанна отрицательно замотала головой, и я увидел, как по её щеке, освещённой случайным лучом света с площади, скатывается блестящая слеза.

А Вика… Вика кружилась вокруг меня, как навязчивая, пьяная моль. Её речь стала невнятной, а глаза смотрели куда-то сквозь меня, в какую-то свою, вискарём подслащённую реальность.

— Роберт, Роберт, Роберт, — она тянула моё имя, как карамельку. — Такой серьёзный. В моём вкусе. Сильный. Важный… наследный принц…

Она болтала, и я слушал её поток сознания около получаса, почти не вникая в слова. Это был просто фон, белый шум, заглушающий более тяжёлые мысли. Я кивал, улыбался, а сам смотрел на плачущую Жанну и думал о новости, о Марии, о том абсурдном титуле, который на меня свалили.

Вика в итоге практически в одиночку опустошила ту фляжку, потом, шатаясь, нашла под деревянным настилом сцены забытую кем-то бутылку какого-то дешёвого вина и принялась «догоняться». Итог был предсказуем: она сползла по стене в сидячее положение, её головка упала на грудь, а через минуту раздался тихий храп. Перед тем как окончательно отключиться, она пробормотала:

— Мм… обними меня…

Я посмотрел на эту сюрреалистичную картину: спящая пьяная Вика, плачущая Жанна в объятиях Лены. Всё внутри кричало, что нужно бежать. Отсюда. От этого всего.

— Мне нужно идти, — буркнул я, больше в пространство, чем конкретно кому-то.

Жанна тут же подняла голову, её заплаканные глаза встретились с моими. Она сделала движение, чтобы встать и догнать меня, но Лена резко взяла её за локоть и потянула обратно. Она что-то быстро и сердито прошипела Жанне на ухо. Та замерла,затем безвольно опустилась назад, лишь с тоской глядя мне вслед.

Я выбрался из-за кулис. И погрузился в абсолютный, оглушительный хаос праздника.

Академия гудела, как гигантский улей. Повсюду бухали. Не тайком, а открыто, прямо на глазах у снисходительно улыбающихся преподавателей. Парочки обнимались в тени колонн, целовались, не обращая внимания на окружающих. Кто-то танцевал под дикую, ритмичную музыку, крича и смеясь. Воздух был густым от запаха алкоголя, сладостей, пота и магии праздничных спецэффектов — где-то ещё дымились фейерверки, летали конфетти и мыши.

Я шёл сквозь эту толпу, как призрак. Моё лицо, наверное, уже мелькало в соцсетях, некоторые оборачивались, указывали пальцами, шептались. Но я не обращал внимания. Мои глаза безуспешно скользили по толпе, выискивая знакомые белые волосы, стройную фигуру в чёрном. Я заглядывал в полуосвещённые ниши, под арки, на скамейки у фонтанов.