Онлайн книга «DARKER: Бесы и черти»
|
Муторно было. На душе муторно и в нутре муторно. Тюлень в голове один. А нет, не один. С ним там теперь раки. Да-а-а, очень странно, что кто-то в каком-то чухлом Боталове раками торгует и преуспевает к тому ж. На пароход деньги имеет. На ярмарку спешит. На Макарьевскую ярмарку купцы со всей империи съезжаются, заглядывают и иноземцы. Им, что ли, раков? Али калмыкам? Но ведь для тех проще вниз сплавлять, в Астраханский торг. А крещеный человек такую паскуду есть не станет, это дело решенное. И опять сомнения. А ежели в Москве или Петербурге снова какие блажные люди законы творят? Ежели никониане новые попущения выдумали? Горько стало во рту, будто муть боталовская снова в воздухе растеклась. Захотелось сплюнуть, но не прям же в каюте. Демьян Петрович поднялся с тахты, выглянул за дверь. Тихо, только слышно, как сверху перекрикиваются матросы, дно измеряют. И вроде бы все как обычно, а от сомнений Демьян Петрович аж взопрел. Вспомнились черница и усищи мужика. Вышел на палубу. Духота, даже небо душное, беззвездное марево. Мутное небо, донное. И никого. Демьян Петрович подошел к самому борту и быстро сплюнул в темноту. «Небось все ужинают», – подумал он, поймал матроса и велел вести его в харчевенную. Народу не столовствовало никого, только боталовский мужичок сидел в уголке, хлебал ботвинью и запивал киселем. Демьян Петрович тотчас, не задумываясь, раз- вернулся в дверях,бежать хотел, но запнулся ногой и упал. От ноги юркнуло что-то верткое и склизкое, прошелестело по полу и скрылось под столом мужика. К Демьяну Петровичу подбежал пароходный половой, стал всячески помогать подняться. Только-только встал, и тут же… – Демьян Петрович! – окликнул из угла мужичок. – Не откажите отужинать. «Откуда ж он прознал мое имя? – думал удрученно Демьян Петрович. – Скверное положение, весьма скверное. А ну как привиделись мне те усики-то?» Любопытство взыграло пуще прежнего. Шибко интересно стало, кому и, особливо, по какой цене мужичишка сбывает раков. Оно, конечно, впустую наука, но в уме надобно держать и такое. Так что грузно, вперевалочку Демьян Петрович прошествовал к столу. Дохнуло тиной. Мужичишка поднялся. – Присаживайтесь! – сказал он. Демьян Петрович сел. – А вас как величать? Прежде-то мы не встречались на торгу. Я бы запомнил. – Зовусь Ермолиным Тимофеем Михайловичем. К Макарью не ездил, не было надобности в раках, – сообщил мужичок. – А сейчас, значит, появилась надобность? – спросил Демьян Петрович и хмыкнул. Вблизи Ермолин показался обыкновенным купчишкой, каких немало. Быстро разживутся на чепухе, затем так же быстро прогорят, и поминай как звали. Не видать в нем было размаху. Однако же чудилась под всей этой напускной простотой неимоверная хваткость. Ведь как говорят: тиха вода, да омуты глубоки. – А как знать, – с легкой улыбкой сказал Ермолин. – У нас в Боталово так говорят: купец силен мошной, а рак – клешней. Демьян Петрович как ни напрягался умом, смысла, применительного к торговле, не уловил. Раков нынче жрет только самый что ни есть бедняк, а с бедняков много ли медяков? То-то же – скорее в убытке останешься. Привык Демьян Петрович мерить все в убытках да прибылях, вот и снова не удержал ехидства. – Какими же средствами к Макарью раков доставляете? – поинтересовался. |