Книга Продана Налгару, страница 10 – Каллия Силвер

Ему и не нужно было заканчивать. Она поняла.

Он повернулся и вышел из комнаты, его тяжёлые шаги эхом отдались от металлического пола.

Люк с шипением закрылся за ним — звук был плавным и окончательным, вновь запечатывая её внутри.

И вот она снова одна.

Но уже не прежняя.

На этот раз она осталась не просто со страхом.

Она осталась с новым, леденящим душу осознанием.

Кто бы ни заказал её похищение, кто бы ни ждал в конце этого ужасающего испытания, он был настолько могуществен и безжалостен, что даже монстр, только что угрожавший ей, боялся его.

Глава 6

Поднос стоял там же, где его оставил пришелец, — теперь уже совершенно остывший.

Тонкие струйки пара давно исчезли, а с ними и всякая видимость свежести. Бледная субстанция, похожая на кашу, слегка застыла по краям миски. Нарезанные фрукты выглядели пугающе нетронутыми, их странные цвета поблекли. Вода в металлической кружке замерла неподвижной гладью, словно насмехаясь над ней.

Она смотрела на еду с кровати. Неподвижно.

А затем, наконец, медленно и ровно выдохнула.

Это была не капитуляция.

Это был голос логики.

Желудок казался пустым, он словно пожирал сам себя. Губы потрескались, язык распух. Голова пульсировала где-то за глазами. Она была обезвожена, голодна и слаба — и не могла позволить себе оставаться в таком состоянии. Не сейчас.

Они сказали, что будет, если она откажется. Седация. Стазис. Питательные трубки. Её сохранят живой, да. Но беспомощной. Сознание угаснет. Контроль исчезнет. С телом будут обращаться как с образцом, а разум отправят на складское хранение.

Нет.

Только не это.

Она не могла снова встретиться с темнотой.

Сесилия свесила ноги с кровати. Когда она встала, конечности дрожали — скорее от усталости, чем от страха. Она плотнее закуталась в одеяло и прошлепала через комнату к маленькому спартанскому столу, придвинутому к стене.

Стулья были низкими. Функциональными. Никакого дизайна, никакого гостеприимства. Чистая польза.

Она села.

Поднос тихо скрежетнул, когда она подтянула его ближе. Она взяла ложку. Прохладная на ощупь, изогнутая, но немного великоватая, с неглубоким черпалом на конце.

Одна маленькая ложка.

Она заколебалась, потом попробовала.

Не… ужасно.

Пресно. Сладковато. Текстура густая и клейкая, как у овсянки, которую оставили стоять слишком долго. Но не отвратительно. И — что самое важное — не отравлено.

Еще ложка. Потом еще. Она заталкивала еду в себя медленно, методично. Без позывов к тошноте. Без дрожи.

Только тишина и размеренный ритм жевания.

Фрукт оказался плотным, слегка кисловатым, с волокнистой структурой, которую она не узнала. Вода была нейтральной на вкус. Никаких добавок. Никакой химии. Просто чистая, ровная влага.

Они знали, что нужно человеку.

Эта мысль камнем легла на душу.

Она замерла с ложкой на полпути ко рту.

Они не простоугадали, что она может съесть. Они не предложили ей куски инопланетного мяса, деликатесы из щупалец или что там, чёрт возьми, едят на других планетах.

Они дали ей еду, которую она могла переварить.

Еду, которую её тело могло узнать.

А что, если… она не первая?

Пальцы крепче сжались вокруг ложки.

Что, если были и другие? Сколько людей забрали до неё? Изучили. Накормили. Осмотрели. Использовали.

Каша превратилась в свинец во рту.

Она заставила себя проглотить, несмотря ни на что.