Книга Крылья бабочки, страница 95 – Рико Сакураи

Нобутака понял, что совершил оплошность. Ему не хотелось ворошить прошлое и вспоминать о любовном увлечении жены на стороне.

– Я осведомлен о вашей связи с Первым министром… – выдохнув, признался он.

Мурасаки опустила взор, однако быстро справившись с волнением, сказала:

– Я не стану ничего скрывать от вас. Действительно, я любила Митинагу. Но теперь все в прошлом.

– Я не хотел упоминать о нем… Однако так уж получилось… Я мчался к вам, чтобы забыть все недомолвки! Обнять вас! Снова ощутить вкус ваших губ и аромат кожи!

Мурасаки резко встала и легким движением сбросила с себя кимоно. Одеяние с шелестом упало на татами.

Нобутака замер – перед ним стояла женщина, о которой он сколько раз мечтал во время пребывания в Цумикадо! Но она пренебрегала супружескими обязанностями в угоду Благородной супруге императора и ее отцу, своему любовнику. Как горько было Нобутаке узнать об измене жены, но мужчина не подал вида – вынес это с подобающим аристократу спокойствием и достоинством! Он ничего не сделал… А может быть, напрасно смиренно отдал любимую женщину сопернику?

Казалось, Мурасаки поняла причину замешательства мужа. Безусловно, она действовала решительно, и это буквально обезоружило Нобутаку. Он, будучи уже не в силах совладать с собой, бросился на жену, словно голодный зверь.

…Супруги провели бурную ночь, а утром Мурасаки невольно вспомнила предсказание от Куронуси, полученное много лет назад в день своего совершеннолетия. Оно гласило: Красота, благородство, сдержанность – все это присуще тебе, о юная красавица. Мужчины не принесут тебе счастья… Твоими верными спутниками по жизни станут: бумага, кисть, чернила и тушечница. Они не предадут, не бросят, не разочаруют… В твоих руках кисть оживит иероглифы, которым суждено прожить множество человеческих жизней. Ты подаришь миру историю любви и неудовлетворенной плотской страсти. Однако сама останешься при этом холодной…

Мурасаки подумала: «Может быть, прорицатель Отомо Куронуси ошибался? Ведь я познала любовную страсть с Митинагой. Я была счастлива с ним, хотя понимала, что расставание неизбежно». Любила ли Мурасаки своего второго супруга?.. Пожалуй, но это было давно… Безусловно, она испытала плотское наслаждение в эту ночь, но сердце ее оставалось холодным.

Вот так женщина пришла к противоречивому выводу: прорицатель был прав в том, что касалось ее литературных талантов, но ошибался насчет сердца. Она любила Митинагу, любила страстно и продолжала любить.

Глава 13

Придворная жизнь

Год спустя, весна, Хэйан

Жизнь при императорском дворе протекала размеренно, если не брать в расчет любовные драмы между какой-нибудь фрейлиной и сановником, разыгрывавшиеся довольно часто. Если подобные отношения становились всеобщим достоянием, о них судачили во всех дворцовых коридорах, осуждали фрейлину, сановника… и искали виноватого… а потом благополучно забывали. Однако нынешнее лето в столице выдалось особым.

Госпожа Идзуми Сикибу, служившая матушке императора, случайно подслушала разговор своей госпожи с Кудонори, молодым чиновником…

В тот вечер мать-императрица музицировала. Она положила на мелодию стихи своих фрейлин, не забыв про произведения Идзуми Сикибу. Идзуми, как и положено, присутствовала подле госпожи, наслаждаясь ее пением. Надо сказать, что голос у Сэнси был на редкость хорош, несмотря на возраст, а музыкальные таланты – бесспорны.