Книга Мой телефон 03, страница 94 – Мария Ким

* * *

Мы выбрались с инфекционного адреса вспотевшими и задохнувшимися. Скафандр неприятно прилип к коже, на адресе топили по-зимнему, а открыть окно было нельзя, хозяева температурили. Заходя в лифт, Ренат проковырял в респираторе дырку для сигареты и приготовился, выйдя на улицу, тут же закурить. Этажом ниже в лифт заглянула, хромая, почтальонша, заметив скафандры, шарахнулась на выход, но Ренат дружелюбно втащил ее внутрь и нажал кнопку первого этажа. Почтальонша испуганно натянула маску по самые очки. Ренат из вежливости тоже поправил респиратор и заткнул-таки дыру предназначенной для нее сигаретой.

– И что там? – опасливо спросила почтальонша.

– Обыкновенная история, – вздохнул Ренат. – Народ паникует. Температура и запахи пропали.

– Ну это, это же… – вздрогнула почтальонша.

– Да, оно самое, – подтвердил Ренат.

– Но у меня есть – вот! – быстро сообразила почтальонша и достала из сумочки антисептик.

– Это хорошо, это на руки, – одобрил Ренат, – надо еще внутрь.

– Это – внутрь? – удивилась почтальонша.

– Это внутрь нельзя, – мягко поправил Ренат, – внутрь надо водку, а лучше коньяк.

– Но я – на работе, – напомнила почтальонша.

– Профилактическую дозу, – сказал Ренат, – один глоток. Это на лечение меньше чем две бутылки не уходит. Кстати, вот. – Он порылся в аптечке, достал флакон семидесятипроцентного и плеснул на донышко стерильной банки для сбора мочи. – Выпить и выдохнуть через нос. Дезинфекция.

Почтальонша приняла баночку, подозрительно принюхалась, отвернулась, затем снова заглянула в глубину лицевого щитка скафандра, отважно сделала глоток и закашлялась. Ренат виновато поискал по карманам, что бы предложить на закусь, и вспомнил, что карманов у скафандра нет. Лифт застрял.

* * *

– Твари. Сволочи, – Ренат показал мне экран смартфона. На экране было приложение «Сбербанка», текущий счет составлял круглую сумму со знаком «минус».

– Бизнес рухнул? – предположила я.

– Жена ступила, давно еще, потому развелись. Сошлись вот сейчас. Я ей алименты должен, их суд не вычитает. Она со мной делится. Выгодно. Да и обиды уже не осталось.

Ренат запрокинул голову и уставился на тусклую лампочку. С диспетчером связаться удалось, но аварийная команда задерживалась. Я поставила чемодан на пол и села на него, приготовившись ждать, слушая Ренатовы байки. Почтальонша свернулась клубком в углу. Застрять в одном лифте с ковидными было жестоким испытанием для ее психики. Ренат продолжал.

Жена в свое время набрала на его паспорт микрозаймов под большие проценты, супругу ничего не сказав. Когда узнал, подал на развод. Долг остался. Несколько лет хапуги-коллекторы тащили с зарплатной карты Рената все, что на нее приходило, но татарин был хитрее. Входящие начисления скидывал надежному другу. Большую часть денежного оборота перевел в наличность. Наконец состоялся суд. Ренат оформил банкротство, нанял финансового управляющего. Суд постановил в пользу банка списывать все начисления, кроме прожиточного минимума и алиментов. Фельдшер ушел на полставки, оформил уход за мамой по инвалидности. На второй работе его перевели на «серую» зарплату. Жизнь наладилась. Что фельдшер намерен делать дальше, я так и не поняла.

Прибыла аварийка, высвободила бригаду и почтальоншу, которая под угрозой психической травмы и вездесущей инфекции к тому моменту допила угощение Рената и изрядно захмелела. Мы продолжили спасать мир.