Книга Другой Холмс. Часть 3. Ройлотт против Армитеджа, страница 98 – Евгений Бочковский

– Холмсу некуда отступать. Он повторит, что у них с мисс Стоунер был уговор, и что он увидел сигнал. Не исключено, что так и было. Кто выставил лампу, не его забота. Сэйлз подтвердил его уход из «Короны». Время совпадает. К показаниям Холмса в суде тоже нет вопросов. Нападки Файнда он отбил. Все остальное – нестыковки и прочее – он оставляет нам. Вывод?

– Но вы сказали, что доверяете сведениям Сэйлза! – ворчливо заметил Бартнелл, явно недовольный вопросом вместо объяснения. – Кто-то же из них должен лгать! Не Ройлотт же выставил эту чертову лампу!

– Сэйлз лишь показал, что мисс Стоунер с Армитеджем находились в «Короне» и что никто из них не проходил мимо него через холл до начала первого. Строго говоря, из этого нельзя сделать вывод, что в Сток-Моране никого не было.

– Понимаю, – куда тише отозвался шеф, сразу успокоившись благодаря озарению. – Их номер на первом этаже?

– Более того. Он крайний в северном крыле, то есть максимально удален от освещенного крыльца и его окно тоже, кстати, смотрит на Сток-Моран. Фонарей поблизости нет. Иными словами, его расположение идеально для того, чтобы в темное время незаметно проникать в него или покидать его через окно.

– Так-так. – Бартнелл простучал тяжелыми пальцами плотную дробь по столу, и я только теперь обратил внимание, что февральский номер «Стрэнда» все так же лежит поверх бумаг. – То есть, в то время, когда Сэйлз недоумевал, почему Армитедж не соизволил проводить мисс Стоунер, того в номере попросту уже не было?

– Если Холмс не лжет, и лампа действительно стояла на подоконнике, Армитедж вполне мог сделать это. В любом случае, тот факт, что, наняв Холмса, они предпочли тайком от него убраться подальше, да еще и подстраховаться свидетелем…

– Наводит на мрачные мысли. – Суперинтендант и впрямь сделался мрачен да еще, вдобавок, выглядел несколько задетым. – Весело, должно быть, изображать запретную страсть, в то время, пока кто-то за тебя выполняет грязную работу… кстати, теперь мы не можем быть уверены и насчет того, чем же Холмс должен был там заниматься. Тем более, что вы считаете, что запланированный исход так и не наступил.

– Судите сами. Вместо того, чтобы прикрыться свидетельством Сэйлза насчет ее пребывания в «Короне», она посреди ночи с взволнованным видом устремляется в Сток-Моран, чтобы теперь уже самой выступить свидетелем насчет того, что там произошло, а о гостинице и ее хозяине на дознании не упомянуто ни слова.

– Думаете, что-то сорвалось?

– Этот экипаж не выходит у меня из головы, – сказал я.– Но меня смущает еще кое-что. До какого-то момента все это можно было считать обстоятельствами малозначительными, в том смысле, что все эти непонятные вещи произошли больше чем за час до смерти Ройлотта. Трое из этой четверки выступили свидетелями, один предпочел остаться в стороне. Теперь же, что бы там ни случилось, приходится учитывать, что их интересы, может статься, совпали, что привело к некой договоренности.

– Подозреваете, что они намеренно изменили время происшествия в своих показаниях? – догадался суперинтендант.

– Если экипаж подъехал к «Короне» уже после и вследствие смерти Ройлотта, и если она была неестественной, тогда многое встает на место – бледнее обычного лицо мисс Стоунер, ее ложь Сэйлзу. Похоже, ей совершенно не хотелось, чтобы он увидел, что за нею срочно приехали. Тот, кто сообщил ей об этом, тоже не желал быть замеченным, и потому подкрался к окну.