Книга Другой Холмс, или Великий сыщик глазами очевидцев. Норвудское дело, страница 137 – Евгений Бочковский

– Я отниму у вас еще немного времени, – сказал Холмс, вынимая из конверта сложенный вчетверо лист бумаги и разворачивая его. – Полиция может заинтересоваться письмом, поэтому я обязан вернуть его вам, так что придется ознакомиться здесь же.

С этими словами он погрузился в чтение. Со своего места я заметил, что письмо совсем короткое.

– Так-так. Интересно. Очень странный тон. Как будто бы он сильно нервничает, соблюдая, впрочем, необходимую учтивость. Ощущение, словно он старается оттянуть время и заговаривает зубы.

– Простите? – Удивление на миг лишило Мэри отчужденности.

– Я хотел сказать, с одной стороны, он пытается уверить вас, что будет ужасно рад вашему приезду, а с другой, всеми силами откладывает его. Мол, сейчас никак невозможно, а вот в конце октября – самое то.

– Мне тоже так показалось.

– Интересно, по наступлении срока он вновь перенес бы встречу и так до бесконечности, или в конце октября случилось бы нечто, что избавило бы его от тревоги? Допустим, он собирался принять меры, чтобы лишить вас права претендовать на сокровища.

– Но ведь я и так не знала о них. Какой в этом смысл?

– А он не знал, что вы не знали! Он мог испугаться, что вам это стало известно. Допустим, от Тадеуша. Вероятно, они не слишком-то доверяли друг другу. Именно Тадеуш настоял на высылке жемчужин и вообще был на вашей стороне. Не собирался ли Бартоломью к концу октября как-то устранить влияние брата?

– При всем желании я больше ничем не могу вам помочь.

Холмс передал письмо мне.

– Обратите внимание, Ватсон, как разнятся почерки у братьев. Здесь чувствуется решительная рука, тогда как в письме, что к вам, сударыня, пришло седьмого числа, буквы беспорядочные, и слова, прыгая, не держатся линии строк. Вот отличная иллюстрация к заблуждению о том, что близнецы являются копией во всем. Нет уж, натура – не лицо, и индивидуальность не отменить при всем желании. Ну так что же, дорогая мисс Морстен? Право, неужели вы всё еще сердитесь на меня? Признайтесь, не передумали о своем решении?

– Нет, мистер Холмс, – ответила она просто, но этого было достаточно, чтобы понять, какой из вопросов удостоился отрицания.

– Очень жаль. Что ж, не смею больше вас задерживать. Идемте, Ватсон.

– Мне бы хотелось, мистер Холмс, чтобы доктор Уотсон задержался, – вдруг как-то робко вымолвила Мэри, не глядя на меня. – Мне есть что сказать ему.

– Ничего не имею против, – ответил Холмс, бросив быстрый взгляд в мою сторону. – Прощайте, мисс Морстен, и не держите зла.

Все ушли: Холмс, крикливая женщина… Миссис Форрестер, выпроводив их, взглянула на Мэри и ухитрилась по ее глазам угадать, что сейчас как раз самое подходящее время заняться чайником. А лучше приготовлением ужина. Мы остались вдвоем. Я и Мэри. Когда-то об этом можно было только мечтать.

Из записей инспектора Лестрейда

– Миссис Смит, пожалуйста, повторите для всех присутствующих то, что вы рассказали инспектору Лестрейду.

Миссис Смит тоже осознает очевидное. Одно лишь ее появление раздавило Тадеуша Шолто. Он опустил голову и не смотрит на нее. Гордыня ей неведома, но она счастлива и благодарна судьбе за свою по-хорошему двусмысленную миссию: спасение близких так же неминуемо, как и кара на голову истинного преступника. Кроме того, что вещает она тоном обретшей торжество справедливости, в остальном ничего примечательного. Миссис Смит повторила всё то же, что я от нее узнал.