Книга Пятый лишний, страница 125 – Алиса Бастиан

– Нет, конечно. Я пошутила. Мне пора домой, – поворачиваюсь я, чтобы уйти, но Костя хватает меня за плечо, сбрасывая с него ремень сумки.

– Ну уж нет. Тебе нельзя доверять, уж я-то это знаю.

Он бросает сумку на кухонный уголок в метре от меня. Если что-то пойдёт не так, думаю я, до телефона мне не дотянуться.

Если что-то пойдёт не так, то Филипп не будет меня искать, ведь у нас перерыв.

– Слушай, я никому ничего не скажу, – говорю я, чтобы заполнить зловещую тишину, но сама чувствую, как убого это звучит. – Да мне никто и не поверил бы, – добавляю я, не зная, что ещё сказать.

– Ну ты и дрянь, – смотрит на меня Костя, которого я впервые вижу: таким он ещё не был. Вот что с людьми делает инстинкт самосохранения.

И ненависть. Он всё это время лелеял в себе эту ненависть, и теперь она прорывается наружу, но за что меня ненавидеть, если мы с ним похожи?

– Я не…

И тогда он прижимает меня к стене. Костя выше и сильнее меня, так же, как и Филипп, но пугает меня не это, а огонь злобы в его глазах. Он встряхивает меня, как куклу, и мои мысли перемешиваются, а ведущую партию исполняет громко бьющееся сердце.

– Мы же вроде поладили, – выдавливаю я из себя, пытаясь улыбнуться. – Давай успокоимся.

Костя отпускает меня и отходит на шаг назад. Мои слова и кривая улыбка вызывают у него гримасу отвращения.

– Ты лживая, злобная сука, – шипит он. – Иногда с тобой было забавно, но ладить с тобой… Не представляю, чем ты удерживаешь моего брата, что он даёт тебе всё, что ты попросишь, и не задаёт лишних вопросов, он и сам знает, что ты его используешь, но почему-то никак не может от тебя избавиться. Ты просто пиявка.

Костя ошибается. Я не такая гадина, как он себе рисует, я почти ничего не прошу у Филиппа. Если уж на то пошло – все друг друга используют. И я сама задаюсь вопросом, почему он всё ещё не избавился от меня. И на такой вопрос подходит только один ответ.

– Он меня любит, – говорю я, – а ты просто маленький завистливый говнюк.

Немедленно извинись, хочу добавить я, но не решаюсь.

– Любит? – усмехается Костя, заметно повеселев. – Тебя невозможно любить. Ты чёрная дыра, таких не любят, в таких проваливаются, как в дерьмо, и уже не могут выбраться.

Это задевает.

И придаёт смелости. Я отлепляюсь от стены и прохожу мимо Кости. Он, чувствуя мой настрой, не препятствует. Я беру сумку и спокойно иду к двери. Но до неё далеко, а Костя вот-вот встанет у меня на пути.

– Это твоя бедная девочка провалилась в дерьмо. Не знаю, что она сделала, что заслужила повстречать именно тебя.

Эффект достигнут: Костя меняется в лице.

– Надеюсь, она не слишком поздно поймёт, что ты не способен на любовь, – бросаю напоследок я. Честно говоря, меня трясёт.

– А знаешь, чего бы я хотел? – неожиданно быстро подскакивает ко мне Костя. – Чтобы эту наркоту нашли у тебя. И отправили тебя туда, где тебе самое место. Что, всё ещё хочешь куда-нибудь позвонить? Я скажу, что это ты её принесла.

– Я…

Костя закрывает мне рот рукой.

– Слушай внимательно: я делаю то, что должен, и когда это белое дерьмо исчезает из моей квартиры, из неё исчезаешь и ты. И мы забываем о существовании друг друга.

– Что?

– Пока я от неё не избавлюсь, не могу быть уверен, что ты меня не сдашь, детка, – говорит он, наматывая на палец мою рыжую прядь.