Книга Парижский роман, страница 104 – Рут Райшл

– Londres, monsieur Jules?[77]– В голосе Поля звучала легкая паника. – Вы мне ничего не говорили.

– Я только что это решил, – ответил Жюль. – У меня возникла одна идея.

Он начал надиктовывать инструкции. Стелла слушала, завороженная тем, как он описывал произведения, которые собирался приобрести для коллекций разных клиентов. Она вспомнила, что при первой встрече приняла его за одинокого старика. Как же она ошибалась! Неудивительно, что Императрица волнуется – он все еще полон жизни.

Под звуки его голоса Стелла задремала и спала до тех пор, пока Жюль не выключил диктофон. Выглянув в окно, она увидела, что они уже на окраине Парижа.

– Как спалось? – спросил он.

– Хорошо. Без снов.

– Могу я задать вопрос? Вам нравится быть перекати-полем?

– Да, – вырвалось у нее, но тут же вспомнились чистые простыни, горячая вода и тишина последних двух дней. – Мне нравится ощущение сопричастности, и у меня никогда раньше не было настоящих друзей. Но… – Стелла замолчала. Она хочет получить все сразу!

– Но? – настаивал Жюль.

– Беспорядок. Мне не хватает уединения, личного пространства. И я почти забыла, как приятно чувствовать себя чистой.

Он расхохотался.

– У меня есть предложение. – Увидев ее лицо, он быстро добавил: – Извините, я выбрал неудачное слово. У меня есть маленькая квартира на улице Кристин. Я купил ее много лет назад, чтобы хранить картины, но буду рад предложить ее вам.

Стелла нахмурилась, просто не могла сдержаться. У него есть тайная квартира?

Неверно истолковав ее реакцию, Жюль сказал:

– Не воображайте ничего такого: она маленькая и совсем простенькая. Две комнатушки, плита. Даже телефона нет. Но у вас будет уединение. Ванная. И – это в десяти минутах от книжного магазина. Вы могли бы быть перекати-полем с собственной постелью. И, – добавил он с ноткой лукавства, – со шкафом, чтобы развесить новую одежду.

Стелла колебалась. Конечно, она уже знала, что может ему доверять. Надеялась, что может. Но переезд в его квартиру… Конечно, со стороны Жюля это было лишь очередным проявлением щедрости и великодушия… но она все же занервничала. Разве люди покупают квартиры для того, чтобы хранить картины?

– Давайте я вам ее покажу, – предложил он. – А потом вы примете решение.

* * *

Жюль сказал правду. Поднявшись на пять пролетов по крутой лестнице, они оказались в очень маленькой квартирке. Из обстановки – только узкая кровать, несколько стульев, шаткий стол. Но стены были завешаны картинами, по комнатам танцевал свет, а на подоконнике, приветственно щебеча, сидела птичка. Стелла была очарована.

Поль проводил ее вниз, к консьержке, суровой коренастой женщине, встретившей ее подозрительно.

– Une autre?– грозно вопросила мадам Греко. – Эта, по крайней мере, хоть говорит по-французски?

– Très peu,– ответил Поль, и женщина неодобрительно хмыкнула.

Стелла слышала, что она сказала. Une autre.Еще одна. Жюль, несомненно, обожал жену, но ведь он был мужчиной, богатым и утонченным. Что она знает об их жизни? Кто были эти autres,другие, сколько их было? Когда Жюль протянул ключ, Стелла заколебалась.

– Сколько времени вас не будет?

– Точно не знаю. Неделю, может, две.

Она вздохнула с облегчением. Можно пожить здесь до его приезда.

– Ты вернулась! – Люси обняла Стеллу за талию, как только та вошла в «Шекспир и компания». – Тебя та-а-ак долго не было! Наверняка уже пора ехать к мадам Бонне.