Книга Другая сторона стены, страница 344 – Надежда Черкасская

– Ну, если они с Болотовым в одном классе учились… тридцать два – тридцать три..? – с сомнением в голосе произнес Паша, – но не больше тридцати пяти точно. А когда она упала, вроде, в классе десятом была. Соболев, кстати, не говорил, когда у нее это началось – ну, когда хромота стала сильно заметна. А я не спрашивал – неудобно как-то.

– А я к чему это… – протянул Дима. – У меня одноклассница была. Она еще до того, как пойти в первый класс, умудрилась выпасть из окна, аж с пятого этажа, слава Богу, что из хрущевки, а не из сталинки. Дело было зимой, и она упала сначала на укрытые снегом кусты, а потом на сугробы, и еще она одета была – они с бабушкой собирались идти гулять, и перед выходом бабуля попросила внучку зайти на балкон и что-то взять. Она забежала и в этот момент увидела что-то в окне – сама потом так и не вспомнила от шока, что именно. Потянулась – и в следующую секунду уже лежала на снегу. Сломала ногу в двух местах, во дворе переполох страшный был – оно и понятно, не каждый день дети из окон летают – и слава Богу. Так вот, прошло время, и только в классе пятом выяснилось, что у нее этот ложный сустав появился. Ну, ей и поставили аппарат Илизарова. Она с ним год ходила, вернее, сидела на домашнем обучении.

– И что потом с ней было? – спросила я.

– Да все нормально, вылечилась. Там вовремя все увидели, а так если бы пропустили, то было бы, наверное, то же самое, что у Ангелины. Хотя, может, я все напутал, и у нее что-то другое.

– Так ты думаешь, она сама не знает, что у нее? – задумчиво спросила Ира, – Может, есть причина, по которой она до сих пор ничего не сделала.

Под эти рассуждения мы почти добрались до Ангелининого дома. Дима с Ирой здесь еще не были, и оба загляделись на его красивые и добротные кирпичные стены.

– Знаете, что… – задумчиво изрек Дима, – я вот тоже что-то хочу частный дом. Надоели мне эти многоэтажки. В общаге вон лифт все время ломается, например.

– А ты ходи пешком – ноги накачаешь, и все девчонки будут твои. – Ира не удержалась и как всегда уколола его. А в частном доме будешь пахать с утра до вечера просто для того, чтобы он выглядел прилично. Там сорняки выдернуть, здесь дорожку расчистить, брусчатку какую-нибудь помыть.

– Ну и ладно, – Дима насупился, – а я все равно хочу.

– Хозяин-барин, – Ира покачала головой. – И чего тебе в сталинке не сидится?

Паша тем временем трижды ударил железным кольцом о деревянные ворота и вдруг резко повернулся к нам:

– Слушайте… а я ведь хотел ей принести все, что мы нашли. Рано или поздно это надо показать, просто…мне так жаль расставаться с Софьиными вещами. Да и мы в итоге ничего не выяснили, и тайна так и осталась неразгаданной.

– Так может, Ангелина что-то знает и, увидев находки, сможет подсказать? – предположила я. – Она же, кажется, как и ты, хочет найти объяснение всему случившемуся.

– Может быть, – тихо сказал Захарьин. – Ну, хорошо. Завтра я ей все занесу. Или послезавтра с утра. Мы же в субботу только после обеда уезжаем.

– А вообще, знаете, что, – вклинилась Ира, – мутная какая-то эта деревня. У меня вообще ощущение, что тут все знают чуть больше, чем говорят.

– Ты просто ужастиков насмотрелась, – откликнулся Дима.

Ответить Ира не успела – ворота скрипнули, и нашим взорам предстала директриса музея. Сегодня на ней было платье цвета пепельной розы и трость, конечно, все так же была при ней.