Книга Расследование леди Ловетт, страница 40 – Вайолет Марш

И сейчас она пускала в ход все свои навыки, поскольку именно сегодня ей требовалось избавиться от компании матери. Вчера Каллиопа прислала Шарлотте долгожданное письмо с известием, что леди Гринвейл, сестра покойной леди Хоули, наконец-то посетила «Черную овцу». К сожалению, дерзкое выступление Мэттью обернулось тем, что Шарлотта попала в ловушку матери и вызвала ее недовольство. Каллиопа настоятельно просила леди Гринвейл вернуться сегодня в кофейню, и Шарлотте непременно нужно было присутствовать там.

Женщина, едва разлепив губы, издала слабый вздох.

— Думаю, ты права. Если кто и причастен к твоим своеобразным представлениям о браке и жизни в целом, так это тетя Эбигейл. Мне следовало пресечь ее частые визиты к тебе в деревню, особенно когда ни я, ни твой отец не могли присматривать за тобой.

С приходом зимы, когда Шарлотту обуревали мысли, что она сойдет с ума от тоски по Александру, на пороге появлялась тетушка Эбигейл с сундуком, набитым книгами, и неизменно острым умом, переполненным старыми, чудесными воспоминаниями. Проблема заключалась не в том, что ее родители одобряли визиты тетушки Эбигейл. Им просто не пришло в голову приказать слугам не пускать эксцентричную деву в отдаленное поместье. К тому же ее матери было гораздо важнее, чтобы тетушка находилась за пределами Лондона, и не заглядывала в салон, стремясь вернуть бразды правления.

— Тетушка Эбигейл неизменно напоминала мне о соблюдении правил этикета. Мы не обсуждали времена, когда она руководила салоном, поскольку эти низменные разговоры были бы вам не по душе, особенно за вашей спиной, – вновь соврала Шарлотта. Ничто не вынудило бы ее раскрыть их общую тайну, когда снежными вечерами, уединившись в библиотеке у весело потрескивающего камина, они читали «Путешествия Гулливера» или «Скромное предложение» Свифта, мимоходом обсуждая острую сатиру автора. Тетушка Эбигейл не вышла замуж, ценя свою свободу превыше всего, и, по сравнению с матерью, была гораздо счастливее. Мать Шарлотты всеми силами пыталась доказать мужу, что побег ее сестры-близнеца не опорочил честь его семьи и не обрек новорожденного Александра на косолапость.

— Хм, – протянула герцогиня, будто не до конца поверив последнему утверждению Шарлотты. – Что ж, если тебе снова предстоит отправиться к леди Каллиопе, то встань, пожалуйста, и дай мне взглянуть на твой наряд. Мы не можем допустить, чтобы ты отправилась в обитель герцога Эстбрука в ужасном виде.

Шарлотта одарила мать очаровательной улыбкой, скрыв под ней нарастающую досаду. Матушка никогда не одобряла ее выбор.

И сегодняшний день не стал исключением, поскольку комната наполнилась шквалом недовольных цоканий языком.

— Так не пойдет, Шарлотта. Оно совершенно тебе не к лицу. Это зеленое платье слишком простое, и, что еще хуже, в нем ты выглядишь бледной или, пожалуй, немного загорелой. Тебе лучше надеть то желтое в полоску во французском стиле, привезенное от модистки. Ты точно соблюдаешь все меры предосторожности от солнечных лучей?

— Да, мадам. – Шарлотта поборола желание сжать кулаки. В противном случае мать обвинила бы Шарлотту в том, что та, напрягая мышцы, портит осанку. Неприемлемо было выставлять разочарование напоказ, поэтому Шарлотте не оставалось иного выбора, как похоронить его глубоко внутри.