Книга Горбовский, страница 86 – Марьяна Куприянова

Покончив с полом, они стали проверять остальные поверхности, куда могла попасть кровь. Спицына заметила приоткрытый ящик стола, в котором лежал транквилизатор. На белом покрытии ручки алело пятно крови. Остановившись, практикантка постаралась воспроизвести в голове хронологию событий. Заметив это, Горбовский повернул к ней голову.

— Он не успел, – сказала Марина на грани слышимости. – Совсем немного.

Лев Семенович не ответил. Справились они быстро – еще пять минут, и все было кончено. Не осталось никаких следов, нигде. Только два ведра с багровой водой и багровыми тряпками в окровавленных чуть ли не по локоть руках. Вместе они вышли в коридор, где их с волнением и трепетом ожидали. Весь НИИ уже собрался здесь, но никто не рисковал войти в помещение, где началась трагедия. И все смотрели на Спицыну и Горбовского, как на героев. Кто-то отнял у них ведра, кто-то начал протирать руки спиртовыми салфетками. Ни Марина, ни Лев ничего не видели, не слышали и не хотели. Их хлопали по спине, гладили по плечам, задавали вопросы, но долгое эмоциональное напряжение дало свои результаты.

После того как Пшежень отчитался, что больше никто не пострадал в физическом плане, откуда ни возьмись, появился Леонид Спицын. Марина не удивилась этому – она была слишком не в себе, чтобы удивиться. Вполне естественно, что военным уже известно о ЧП, и Спицын поспешил сюда, наконец-то вспомнив, что у него есть дочь. Практически вырвав Марину из рук Горбовского (в которых она непонятно как оказалась), Спицын яростно пригрозил всем, что «закроет эту лавочку», заслужил гневный взгляд Льва Семеновича, узнал, кто спас его дочь, сухо извинился и выразил желание увезти Марину домой.

— Отец, я хочу остаться здесь, – воспротивилась дочь, освобождаясь и делая шаг к Горбовскому, который смотрел на нее и вот-вот протянул бы свою руку.

— Ты с ума сошла! Я сказал – ты поедешь домой.

— Марина, иди домой, твой отец прав, – сказал Горбовский. – Нечего тебе здесь больше делать. И ближайшие дни, я так подозреваю, тебе тоже не придется являться на практику.

Марине хотелось бы попрощаться с Горбовским наедине. Но это было невозможно. Он спас ей жизнь, а она ему еще ни слова не сказала об этом…

— До свидания, Лев Семенович, – она протянула ему ладонь, не столько чтобы пожать его руку, сколько чтобы коснуться его на прощание. Он протянул ладонь ей навстречу. – Спасибо Вам, – шепнула она, и ее палец скользнул по его длинным пальцам.

Отец увел Марину за локоть, а Горбовский еще долго стоял, глядя на лестницу.

«Ничего не получают даром, и чем больше ты получил, тем больше нужно платить, за новую жизнь надо платить старой жизнью».

А. и Б. Стругацкие «Хромая судьба»

С момента инцидента в НИИ прошла неделя. В течение всего этого времени происходило расследование ЧП. Одна за другой по крупице собирались подробности и детали происшествия, проводились собрания, совещания, советы. Привлекая полицию и военных, разбирались, как подобное вообще могло случиться, какое ответственное лицо допустило оплошность. Опросили всех сотрудников, просмотрели записи наблюдения, провели необходимые экспертизы. Восстановить хронологию событий оказалось не так уж просто, учитывая то, что два дня подряд в НИИ наблюдалось не что иное как броуновское движение, и мало какие протоколы и правила соблюдались во время этого хаоса. Это повлекло за собой все новые и новые разбирательства.