Книга Тени прошлого, страница 100 – Джорджетт Хейер

Герцог расписался, все еще улыбаясь. Дверь открылась, и вошла Леони в белом, как пена, кисейном платье. Ее талия была перехвачена голубым поясом, а волосы перевязаны голубой лентой.

— Правда, это очень мило со стороны леди Фанни прислать мне это прелестное платье, монсеньор? Вы не находите, что оно мне идет?

Герцог поднес к глазам лорнет.

— Ты выглядишь очаровательно, дитя мое. У леди Фанни безукоризненный вкус. – Он встал и взял со стола плоскую бархатную коробочку. – Прими этот маленький знак моей привязанности, малыш.

Леони подскочила к нему.

— Еще один подарок, монсеньор? Вы так добры ко мне. А что в этой коробочке?

Герцог открыл коробочку. Леони беззвучно ахнула.

— Монсеньор!

Герцог взял с мягкой подкладки жемчужное ожерелье и надел ей его на шею.

— О, монсеньор, спасибо! – Леони потрогала жемчуга пальцами. – Какие красивые! Как они мне нравятся! Хотите я сделаю вам реверанс – или достаточно просто поцеловать вам руку?

Герцог улыбнулся.

— Нет никакой нужды делать ни того, ни другого, малыш.

— Нет, я сделаю и то, и другое, – сказала Леони и склонилась в изящном реверансе, придерживая руками юбку и выставив одну ножку из-под кисейных оборок. После этого она поцеловала герцогу руку и выпрямилась. Потом оглядела его наряд. – Вы тоже очень красиво одеты.

Эвон поклонился.

— Мне нравится. Монсеньор, я теперь ничего не боюсь. Что вы сделаете с кабаном, когда он приедет?

— Я буду иметь честь представить тебя ему, – ответил герцог. – Отвесь ему самый насмешливый реверанс. Это будет наша игра.

— Да? Но я не хочу делать ему реверанс. Я хочу сделать так, чтобы он пожалел о своих подлостях.

— Поверь мне, он о них очень даже пожалеет, но это время еще не настало. И запомни, детка, что ты до сегодняшнего дня ни разу не видела моего любезного графа.

— Что это вы выдумали? Я его прекрасно знаю, а он знает меня.

— Ну есть у тебя хоть сколько-нибудь воображения? – вздохнул герцог. – Любезный граф украл моего пажа Леона. А ты – моя воспитанница мадемуазель де Боннар.

— Значит, я должна вести себя с ним вежливо?

— Очень вежливо, ребенок. Запомни, мы с тобой здесь отдыхаем. Мы ничего не знаем ни о похищениях, мерзких зельях и даже о самом… кабане. Ты сможешь так притворяться?

— Ну конечно, монсеньор. А он тоже будет притворяться?

— Я имею основания думать, что он последует нашему примеру.

— Почему, монсеньор?

— Потому, дитя мое, что у него есть тайна, которую, по его опасениям, я разгадал. А поскольку тайна эта весьма позорная, он не захочет показать мне, что подозревает о моих догадках. Это похоже на фехтовальный поединок, но я все отчетливо вижу, а он передвигается ощупью.

— Понятно, – сказала Леони. – Он будет захвачен врасплох, застав вас здесь, не так ли?

— Да, скорей всего, – согласился герцог.

Он подошел к столу и налил два бокала мадеры. Один из них он протянул Леони.

— Я пью за твое освобождение, дорогая.

— Спасибо, монсеньор! А за что мне выпить? – Она задумчиво наклонила голову. – А, знаю, я выпью за монсеньора.

— Что ж, неплохо, – отозвался герцог. – Гастон! Поторопись! Ты немедленно поедешь назад в Эвон-Корт.

Гастон сразу погрустнел.

— Хорошо, монсеньор.

— Отвезешь это письмо моей кузине. Она поедет с тобой во Францию.

Гастон заметно повеселел.

— Оттуда ты съездишь к лорду Меривейлу и возьмешь там вещи милорда Руперта. Понятно?