Книга Английская жена, страница 48 – Эдриенн Чинн

Норидж, Англия, 20 сентября 1941 года

— Я уже и не думал, что ты придешь.

Элли прошла сквозь готическую арку под тенистый свод старой средневековой башни.

— Джордж забегал на чай перед дежурством.

Томас протянул руки и взял в охапку Элли. Она прижалась к нему и обняла за шею. Они слились в поцелуе. Закрыв глаза, она полностью отдавалась его губам. Круглая стена кирпичной башни скрывала их от всего мира. Томас нащупал пуговицы ее форменного кителя, расстегнул их и, скользнув ладонью под тонкую шерсть, почувствовал мягкий хлопок сорочки, обтягивавшей грудь. Резко втянув воздух, отпрянул.

— Прости. Я не должен был этого делать.

Элли сжала губы и поправила китель.

— Нет, Томас. Я хотела, чтобы ты это сделал. Очень хотела.

Глядя в широкое небо, она старалась унять бешено стучащее сердце. Первые звезды уже пробивались сквозь гаснущий оранжевый закат, подернутый бледной пеленой ночи.

— Ты должна что-то решить с Джорджем, Элли Мэй.

— Должна.

— Почему ты все еще не рассказала ему о нас?

Элли вдохнула и выпустила воздух сквозь губы, точно после глубокой затяжки, как показывали в кино.

— Я не хочу делать ему больно. Он хороший человек.

— Он хороший человек. А я? Разве я не хороший? Тебя больше волнуют его чувства, а не мои? Ты решила пошутить надо мной?

Элли прикрыла глаза. Ну почему ей так страшно? Что мешает сказать Джорджу, что она влюбилась в Томаса? Чего она боится? Что Джордж возненавидит ее? Да он никогда в жизни не возненавидит ее, он слишком добрый для этого. Они знакомы целую вечность. Может, как раз в этом все дело? Они слишком хорошо друг друга знают, знают, чего ждать друг от друга. Никаких сюрпризов. Да ей и не нужны никакие сюрпризы.

Однажды на уроке физкультуры нужно было пройти по узкому бревнышку. Вначале Элли качалась и чуть не падала, но, восстановив равновесие, смогла преодолеть расстояние. Это оказалось не так уж и сложно. А к концу урока она и вовсе пробегала по бревну с закрытыми глазами. Так и в жизни было. До тех пор, пока Томас не пролил на нее колу. Она с закрытыми глазами преодолевала знакомое бревнышко. Но что будет, если она позволит Томасу нарушить ее такое привычное равновесие? В какую сторону она упадет?

Томас взял ее за руку.

— Нам лучше уйти отсюда, девонька. А иначе я за себя не отвечаю.

Он вывел ее к скамейке, стоявшей на прогулочной дорожке под длинными локонами березы. Они сели, и Томас обнял Элли за плечи. Она опустила голову на его китель, глядя, как зажигаются звезды и мерцают на зеркальной глади реки.

— Луны не видно.

— Не видно.

— Как думаешь, скоро они опять прилетят?

— Наверное.

— Но их уже полтора месяца не было. Даже у нас на пожарной станции тишина. Офицер Уильямс все это время учил меня играть в бридж, говорил, что пригодится во время медового месяца.

— У них наверняка в России дел по горло.

— Как думаешь, Томас, мир когда-нибудь вернется к нормальной жизни?

— Вернется, но все будет иначе. Будет по-другому, не так, как было.

Они помолчали. Ночную тишину нарушало только журчание реки да звук редких автомобилей, проезжавших по мосту.

Томас вздохнул.

— Я никогда в жизни не представлял себя здесь, в Англии. Когда выходишь в море и болтаешься на рыбацком суденышке где-то на полпути к Гренландии, кажется, будто весь остальной мир лежит за пределами Вселенной.