Книга Соткана солью, страница 49 – Полина Раевская

Что я теряю? Слухи уже пошли, сын обиделся, жизнь то ли началась, то ли закончилась, а вот зуд под кожей никак.

— А давай это… позвоним твоему знакомому, – предлагаю, когда мы пьяные, но красивые и ухоженные идем к такси из спа-салона.

— Дозрела, – одобрительно хмыкает Надька, расплываясь чеширским котом, и достает телефон.

Через пять минут мы едем в какой-то модный клуб, где боксерик отдыхает с друзьями.

Честно, я сама от себя в ахере, но разомлевший от алкоголя мозг говорит, мол, все нормально. Умница, отличная задумка, ты такая креативная, Лариса, продолжай!

— Как я выгляжу? – спрашиваю, стоит нам выйти из такси и ступить на красную дорожку перед сверкающим разноцветными огнями входом в небольшой, но судя по замысловатой архитектуре и огромной очереди, пафосный, ночной клуб.

Надя обводит меня мутным взглядом.

— Как та, кого хочется раздеть, – резюмирует она, вызывая у меня недоумение.

Это сейчас комплимент был или неутешительный вывод на фоне столпившегося молодняка?

Цветущий, фонтанирующий неуемной энергией, сексуальностью и раскрепощенностью, он здорово подрывает вспыхнувшую по синей грусти уверенность.

Девчонки, несмотря на довольно прохладную ночь, максимально-откровенно одеты. Если все эти прозрачные платья, топы с отсутствующим бельем под ними, короткие юбки, шорты, а то и просто какие-то трусы, вообще можно назвать одеждой.

Мое короткое, абсолютно-закрытое, бандажное платье винного цвета от Селин с коротким рукавом, пусть и подчеркивает все достоинства фигуры, по здешним меркам явно слишком строгое, а уж в сочетании с кожаным плащом в пол и вовсе не формат.

Само собой, это начинает нервировать и угнетать, но спасибо алкоголю не так сильно, чтобы развернуться и, поджав хвост, уехать домой.

Вот еще! В конце концов, все не настолько критично. Да и вообще, в сорок лет трясти сиськами и жопой на потеху обдолбанной толпе – извините, но я еще в своем уме.

Приободренная мысленной бравадой, вздергиваю подбородок и вышагиваю следом за Надей на своих лабутенах, изо всех сил стараясь ловить баланс. Ведет меня нещадно. Удивительно, как вообще получается о чем-либо размышлять. Впрочем, закон подлости и здесь меня не обделил: вечно тело пьяное, а голова – живет своей трезвой, занудной жизнью.

Пока пробираемся сквозь толпу, кто-то возмущается, но Надя плевать хотела на чьи-то возгласы, прет, как танк. Благодаря ее связям с богемой, нас на входе не мурыжат, пропускают без проблем и заминок, сразу же провожая в ВИП-зал.

С непривычки все кажется чрезмерным: грохочущая музыка, ослепляющие огни стробоскопов, беснующаяся толпа.

Я слегка теряюсь, пока мы вливаемся в бушующее эйфорией, танцующее море, но Надя тут же берет меня за руку и ведет к бару. Мы заказываем пару шотов текилы и занимаем места у барной стойки.

Первые десять минут чувствую себя не в своей тарелке. Кажется, будто все смотрят на меня и думают: “Тетя, что ты тут забыла? Разве тебе не пора заботиться о восьмичасовом сне в надежде не заиметь с утра новые морщины?”.

Знаю, глупости, но я давно не выбиралась в подобные места и теперь все кажется чуждым, а я сама – неуместной. От неловкости начинаю невпопад смеяться и корчить из себя увлеченную ничего не значащими репликами Нади.

К счастью, текила быстро расправляется со скованностью и прочим бредом в моей голове. Кровь снова начинает закипать, голова приятно кружиться, а настроение подниматься до отметки “море по колено”.