Книга Поймите меня правильно, страница 103 – Питер Чейни

Она открывает золотой портсигар, достает сигарету, прикуривает, глядя на меня сквозь огонек зажигалки.

— Тони порою склонен к разным нелепостям, – говорит она. – Он либо совсем не думает, или же думает чересчур много. Но тебе незачем мерзнуть на палубе. Спустимся вниз. Тебе надо выпить.

Фернанда улыбается мне во весь рот. Потом говорит слова, которые я уже слышал в ее мексиканском домике, когда она соображала, как бы побыстрее меня облапошить.

— Мой дом и все, что в нем, – твои.

После этого она, как благовоспитанная девочка, делает легкий реверанс.

Я… меня от нее воротит. От Фернанды можно ожидать чего угодно. Она способна одновременно напевать колыбельную и резать твое горло.

— О’кей, Фернанда. Я и сам хотел поговорить с тобой. Что до выпивки, не откажусь, только пусть вначале из стакана глотнет кто-то еще. В прошлом меня не раз пытались отравить.

Я попал на самую настоящую сходку гангстеров. Мы сидим в кают-компании и смотрим друг на друга. Помещение довольно просторное. Какой-то испанец в грязной куртке стюарда приносит выпивку. На его физиономии застыла отвратительная улыбка. Я бы не пожалел десяти долларов за возможность въехать ему по роже.

Обстановка располагающая. Я думаю… а в такие моменты всегда тянет думать… я думаю обо всех переделках, в каких побывал, и о том, чем кончится сегодняшняя история. Мои шансы выпутаться – четыре к шести. Да вы, ребята, и сами уже поняли: эта шайка конченых мерзавцев ведет себя так, словно у них на руках все козыри.

Я рассчитываю на то, что каждый преступник в глубине души чего-то побаивается. Конечно, у него есть план, и он следует этому плану, однако не перестает думать: а вдруг он что-то упустил, вдруг просмотрел какую-то мелочь?

Оглядываю это сборище. Если бы кто-то вздумал устроить соревнование в мошенничестве, убийствах, кражах и прочих преступлениях, присутствующие взяли бы первый приз.

Фернанда сидит напротив и не пьет. Накидка сдвинута в сторону, обнажая кусочек ее нежной шеи. Рядом примостился Тони Скалла, который все еще не может дотронуться до живота, зато наполовину протрезвевший.

Капитан, чья морда похожа на контурную карту мексиканской Сьерры, стоит у стены и курит короткую сигару, воняющую протухшим луком. Вокруг стола толкается еще трое парней. Двое мне знакомы. Один – Вилли Манскил по прозвищу Швед, который однажды добил раненого полицейского ножкой от стула. Второй – мексиканец. Его знаю лишь по кличке Меса Паральо; он тоже умелец делать больно. Третий мне не знаком. Молодой, с жестким подбородком и дергающимися руками. Наверное, кокаинщик.

Выпиваю порцию ржаного виски. Они смотрят на меня, как орава голодных котов на мышь. Фернанда продолжает улыбаться.

— Дорогой Лемми, я так рада видеть тебя здесь, – говорит она.

Ее улыбка озаряет всю кают-компанию.

— Кто начнет говорить: ты или я? Но вначале пусть кто-то сходит в салон и попросит наших друзей угомониться. А то мы тут будем обсуждать серьезные дела.

Кокаинщик уходит. Из салона сюда долетают голоса и смех. Там играет патефон, что не мешает кому-то горланить песню.

— Вот что, Фернанда, – начинаю я. – Мы же здесь все друзья. Я явился на этот корабль, чтобы поговорить с тобой о деле. Если тебя интересует, как я узнал, где тебя искать, все проще простого. Я представил себя на твоем месте и понял: самое безопасное место для подобных дел – борт корабля. Я знал, что вы все собрались во Франции. И тогда я стал наводить справки насчет испанских кораблей, находящихся вблизи территориальных вод. Вот и весь секрет.