Книга Акушерка для наследника дракона, страница 63 – Лилия Карниенко

Именно это было хуже всего.

Не ярость. Не скорбь. Не испуг за внука.

Холодная, заранее приготовленная решимость.

— Мать, — сказал Рейнар так тихо, что от этой тишины по спине Арины прошел лед. — Еще один шаг к ней — и вы пожалеете.

Слова были сказаны без повышения голоса, но именно в них слышалось то, чего боялись все, кто знал этого мужчину достаточно давно: не вспышка, а предел.

Старая императрица чуть склонила голову. Не как мать перед сыном. Как равная сила перед равной.

— Ты угрожаешь мне при дворе? — спросила она мягко.

— Я запрещаю вам прикасаться к женщине, которая только что вынесла моего сына из подземного ритуального храма.

По галерее будто прошел невидимый порыв ветра. Кто-то справа резко втянул воздух. Мирель побледнела так, что ее лицо почти сравнялось цветом со стеной. Мейра опустила ресницы, но не раньше, чем Арина успела увидеть — слишком быстрое, слишком живое движение в ее глазах. Не удивление. Не страх. Досаду.

Значит, и это для кого-то пошло не так.

— Из храма? — старая императрица даже не моргнула. — Как удобно. Чем темнее место, откуда выходит женщина с наследником на руках, тем охотнее ей верят те, кто любит сказки.

— Достаточно, — сказал Рейнар.

Арина чувствовала, как дрожь под плащом у Элара становится сильнее. Жар нарастал. Не до пламени еще, но уже близко к той опасной грани, после которой он переставал быть просто младенцем и становился маленьким, неуправляемым огнем.

— Он сейчас сорвется, — сказала она тихо, не отрывая глаз от старой императрицы. — Если вы устроите разбор в галерее, вы все сами увидите, как именно.

Старая императрица впервые перевела взгляд на сверток у нее на руках. В этом взгляде не было бабушки. Только точный, беспощадный расчет.

— Ты уже слишком уверенно говоришь за него.

— Потому что вы слишком уверенно говорите о нем, как о вещи.

Это было опасно. Арина понимала это в ту же секунду, когда слова слетели с губ. Но усталость, боль, адреналин подземного храма и тот ужас, который она пережила, вытаскивая Элара из белых нитей, ободрали внутри все мягкие, безопасные слои. У нее не осталось сил выбирать форму — остался только смысл.

Гвардейцы у стены наконец сделали шаг.

И тут Рейнар встал между ними и Ариной.

Не слегка сместился. Не просто поднял руку. Встал всем телом, как становятся перед ударом, который собираются принять на себя.

В галерее стало так тихо, что где-то далеко, в соседнем крыле, слышно было, как хлопнула дверь.

— Она не выйдет из-под моей охраны, — сказал Рейнар. — Но и вы ее не коснетесь.

— Ты забываешься, — ровно произнесла старая императрица.

— Нет. — Он даже не повернул головы в сторону гвардейцев. — Это вы.

Она смотрела на него долго. На сына, который слишком явственно в эту минуту выбрал не совет, не мать, не двор, а собственную волю.

Потом заговорила уже не как женщина, а как сама логика старого дома, которая не знает слова “отступить”, если однажды начала давить.

— Хорошо, — сказала старая императрица. — Не здесь. Не при галерее. Не при знатных дамах и перепуганной страже. Пусть будет иначе. Эту женщину возьмут под замок до внутреннего разбора. Наследник останется под твоим присмотром. Если она невиновна — ей нечего бояться. Если виновна — ты сам увидишь, как опасно позволил ей подойти к трону.