Книга Сын Йемена, страница 44 – Ирина Дегтярева

Блаженствовал в чистоте Пич недолго, танкер прибыл в порт Адена. Русские моряки хотели сдать мальчишку местным властям, чтобы о нем позаботились, однако Пич не стал дожидаться полицию и, поскольку в порту они встали на рейд ночью, за три часа до рассвета спрыгнул с корабля. Он добрался вплавь до берега и, уже истекая кровью, попал в руки местного рыбака, который, к счастью, выходил из порта на своей лодчонке, только что починив мотор и собираясь на рыбалку. Чинил мотор он у своего зятя в мастерской порта, втихаря воспользовавшись блатом и украденными деталями, предназначенными для казенных нужд.

Рыбак подобрал мальчишку, спрятал у себя, выхаживал почти месяц и кормил, отнесшись с сочувствием и пониманием к его судьбе. В жалкой глиняной лачуге не было ничего — голый пол и стены и лишь тряпье на полу, где спала вся семья вповалку. Зато там кроме отвратительного запаха рыбьих потрохов, быстро тухнущих на жаре, и запаха нищеты витал тонкий аромат доброты и настоящего мусульманского великодушия и богобоязненности.

До сих пор Пич испытывал смущение и боль оттого, что, едва встав на ноги, он украл деньги, вырученные хозяином от удачного улова, и был таков. А ведь эта семья и воспитала бы его, и приспособила бы к профессии рыбака или портового рабочего, они бы наверняка праздновали его свадьбу когда-нибудь и нянчили бы его детей как собственных внуков, не делая различий между кровными и приемными. Но в тот момент Пич еще действовал по пиратской инерции, видел лишь возможность обогатиться и чувствовал опасность, оставаясь на одном месте. Если русские моряки заявили о нем властям Йемена, его могли искать.

Три следующих года он скитался по Йемену, перебиваясь милостыней, воровством, примыкая к группам попрошаек, а то и пытаясь зарабатывать на базарах грузчиком, продавцом чая, торговцем с тележкой хлеба. Ему доверяли, его жалели, что-то в его темнокожей худощавой физиономии было притягательное.

Теперь во второй раз в жизни он попал в нормальную обстановку — в квартиру этого чудаковатого офицера, которому либо скучно одному, либо он затеял нечто авантюрное, в чем охотно готов был поучаствовать Пич, лишь бы не прогнали. Он не хотел упустить свой шанс, как упустил его в случае с семьей рыбака из Адена. За три года мытарств в Йемене и ощущения голода, практически постоянного, изматывающего, Пич повзрослел и понял, что лопнула его затея пробраться в качестве беженца в Европу, во Францию (там ему было бы проще хотя бы потому, что он владел французским). Если бы с ним были взрослые, если бы удалось найти проводника, присоединиться к группе, собирающейся по обкатанному маршруту через Египет в Европу… Делали фальшивые приглашения в третьи страны, куда потом летели через Египет. В тех третьих странах этот бизнес с приглашениями процветал. Но суммы за такое приглашение и авиабилеты недосягаемые для малолетнего парня из Джибути.

Он понимал, что дальше так жить нельзя. Его ждала голодная смерть, гибель от болезней или наркотиков, на которые заработанных мизерных денег всегда хватало, — смерть в ассортименте. К кату он уж, во всяком случае, пристрастился. За доллар покупал самый дешевый, не слишком отличающийся от того, который за пятнадцать. Ну или в это хотелось верить. Все равно за пятнадцать долларов он ничего купить не мог, потому что и в глаза этих пятнадцати не видел разом, зарабатывая по нескольку центов в день, и то такой день можно было считать удачным.