Книга Сага о принце на белом коне. Книга 1, страница 21 – Юлия Стешенко

— А ну стоять! – Торвальд длинным броском снова отрезал птицу от прохода, зачерпнул грязи и швырнул вправо. Отвлекающий маневр сработал, петух изменил траекторию и бросился влево. Поднявшийся на четвереньки Дарри издал вопль, достойный берсерка, и метнулся навстречу. Ошалев от ужаса, петух заметался, снова попробовал взлететь, рухнул в грязь – и, пригнувшись, рванул туда, где надеялся найти убежище.

В курятник.

Дарри бросился за ним, но Торвальд не собирался уступать победу. Наддав, он вышел вперед, влетел в распахнутые двери вслед за петухом и остановился, ослепленный густым сумраком. В курятнике душно и едко пахло дерьмом, влажными перьями и гнилой соломой. Несколько раз до боли зажмурившись, Торвальд наконец-то начал различать контуры и силуэты. Вон те полосы – это насесты, вертикальная штука в углу – лесенка. А вон то пятно мрака в углу – это затаившийся петух.

— Ну что, сволочь, добегался? – спросил у него Торвальд и медленно, осторожно двинулся вперед. Под ногами что-то нежно хрустнуло раз, другой, но Торвальду было плевать. Когда до цели пара шагов – плевать на помехи.

Петух, сообразив, что его укрытие обнаружено, заметался, но было поздно. Прыгнув, Торвальд ухватил его за вороной водопад перьев на хвосте, дернул – и прижал наконец-то к груди.

— Есть! Я его поймал!

Гордый победой, он вышел из душной вонючей тьмы, вскинув петуха над головой, как голову вражеского предводителя. И нос к носу столкнулся с Финной.

— Отлично. Просто замечательно. Какой ты у меня молодец, – мать медленно, вдумчиво оглядела его с головы до ног, особое внимание уделив сапогам. – Еще и яйца передавил. Туви, что ты устроил?

— Петух. Вот, – Торвальд, отступив на шаг, вытянул руки, отгораживаясь трофеем от сурового взгляда.

— Я вижу, что не свинья. И очень этому рада, – судя по плотно сжатым губам, никакой радости мать не испытывала. – Ну и зачем тебе понадобился петух?

— Это не мне. Это пришлая ведьма потребовала. Для ритуала, – зачастил Торвальд. – Мы будем Лейви в могилу возвращать. Так, чтобы он больше не поднялся. Нужна куриная кровь. Я решил, что черный петух подойдет.

— Лейви? – лицо у матери смягчилось. – Вернуть Лейви в могилу – это благое дело. Но почему ты сам ловил петуха? Есть же рабы, слуги.

— Не было времени искать. Меня ждут, мам!

— Пришлая ведьма? Прямо сейчас? – мать снова поджала губы. – А ты ничего не забыл?

Торвальд быстро оглядел себя. Меч на месте, петух на месте. Даже штаны чистые.

— Вроде бы нет.

— Ведьме нужна кровь. И во что ты будешь ее собирать?

Беззвучно выругавшись, Торвальд дернулся хлопнуть себя по лбу, но руки были заняты.

— Да! Точно! Дарри, тащи сюда вон тот ковш!

— Нет! – коротко бросила Финна, и Дарри, рванувшийся было исполнять приказ, застыл на месте. – Никаких грязных ковшей. Ты собираешь кровь для благородной девы. Изволь позаботиться о том, чтобы это выглядело прилично. Дарри, принеси из дома зеленую плошку. Ту, что с цветами. И корзину с тряпкой! Не в зубах же ты все это потащишь.

Зажав птицу под мышкой, Торвальд терпеливо дожидался возвращения Дарри – и думал о том, как сложно устроены женские мысли. Когда у мужчины просят кровь – он добывает кровь. Но попроси то же самое у женщины – она вспомнит и про плошку, и про корзину. И даже про тряпицу, чтобы эту корзину перевязать.