Книга Добрые духи, страница 93 – Б. К. Борисон

— Так и есть, — говорю я мягко. — Это не то, что мы можем изменить.

Магия сильнее нас обоих. Песок заканчивается в наших часах, и не важно, сколько горстей я хватаю, пытаясь продлить нам время. Сочельник — мой крайний срок.

Её руки сжимаются в кулаки у меня на спине.

— А если…

— Что? — спрашиваю я.

Печальная улыбка украшает её лицо.

— Я знаю, что не могу удержать тебя, но… — она проводит языком по нижней губе, моргает на меня своими большими, кофейными глазами. Сердце у неё нараспашку, а моё в горле. — А если я задержу тебя немного? Просто пока тебе не нужно будет уйти. Если мы… притворимся?

Что-то в груди ломается.

— Гарриет, — шепчу я.

— Можно я… можно я буду с тобой вот так? Сколько смогу?

Я издаю раненый звук.

— Если ты этого не хочешь — всё в порядке. Обещаю, я не сделаю всё неловким для тебя. Я помогу тебе добраться до твоей загробной жизни, как и обещала, несмотря ни на что, — она делает глубокий вдох, собирая смелость в кучку. — Но если в тебе есть часть, которая хочет меня так, как я хочу тебя, тогда…

— Да, — быстро говорю я. — Хочу. Конечно, хочу.

Я резко наклоняюсь и пленяю её рот своим. Я хотел, чтобы это был целомудренный поцелуй — быстрый, успокаивающий, но отвлекаюсь на тихий стон, который застревает где-то в глубине её горла. Я врываюсь языком в её горячий рот и втягиваю её нижнюю губу, обе мои руки вплетаются в её волосы.

Когда я отстраняюсь, мы оба дышим тяжело, её руки судорожно сжаты на груди моего свитера.

— Я хочу тебя, — говорю я, прижимаясь лбом к её лбу.

Гарриет расслабляется.

— Тогда, может, это и есть то, что нам достанется. Только это. Столько, сколько сможем. Без ожиданий, ни с твоей стороны, ни с моей. Мы не будем думать о будущем. У нас будет настоящее.

— Да, — соглашаюсь я, тяжесть в груди удваивается, гул рождается в затылке и в ладонях. — У нас может быть это.

Я почти не узнаю это чувство, но оно нарастает до глухого рёва, вибрирует под моими ногами. Магия. Нас тянет прочь — против моей воли. Гарриет ахает, и я тянусь к ней ровно тогда же, когда тянется моя магия, закручивая нас, унося, прежде чем я успеваю крепко схватить её. Её ноги обвивают мои бёдра, прилавок вдруг исчезает, и я поправляю её в своих руках, пока она не обхватывает меня полностью.

Желудок ухает вниз, пока время рвёт нас на части. Я не был готов к рывку — и она тоже, её ноги двигаются в поисках опоры по моему телу.

— Я держу тебя! — кричу я сквозь вой, стискивая её крепче.

Мелькают образы и звуки, её волосы хлещут нас.

Гарриет цепляется за меня.

— Не отпускай!

— Не отпущу.

Всё равно, что кричать в пустоту. Рёв вокруг глушит всё. Я никогда не перемещался так скоро после другого перемещения и никогда не делал этого, не призвав магию сам. Это жестоко и безудержно. Грубо. Требовательно.

Когда мы, наконец, спотыкаемся и останавливаемся, я шарахаюсь назад с Гарриет на руках и с глухим ударом врезаюсь в шкаф выше меня ростом.

Ничто вокруг не шевелится. Ничто вокруг не реагирует.

Гарриет поднимает лицо от моей шеи, медленно моргает, глядя на меня.

— Пожалуйста, скажи, что ты не пытался избежать серьёзного разговора, швырнув нас назад в моё прошлое.

Я опускаю её ноги с моей талии, разглаживаю края её юбки, одновременно оценивая обстановку.

— С чего бы мне избегать разговора, который мне нравился? — я поддеваю её подбородок костяшками и быстро целую в нос. Успокаиваю её, надеюсь, что я не войду в привычку подводить её. Не если могу иначе. — Нет, это маленькое перемещение было непреднамеренным.