Книга Избранница Смерти, страница 103 – Ребекка Хумперт

— Абуэла.

Когда я заметила, что глаза у нее не были открытыми и пустыми, как у мертвецов в офрендах, во мне зародилась робкая надежда. Хотя она не реагировала ни на мой голос, ни на мои прикосновения.

— Она… У нее обморок. – Я в панике посмотрела на Нана. – Она просто потеряла сознание, да?

— Что-то вроде того. Похоже, Воровка отняла у нее какие-то ранние воспоминания. Пока она помнит твое имя, все должно наладиться.

Я сжала кулаки. Во мне росла жгучая ненависть.

— Если я вернусь еще раз и отрублю этой женщине голову, ты меня оправдаешь?

Нан хрипло рассмеялся в ответ.

Пока бог Солнца закидывал Ли себе на спину, я осторожно подняла Марисоль на руки. В таком неподвижном состоянии она оказалась тяжелее, чем я думала, но ничего. Я должна с этим справиться.

Преодоление стены было непростой задачей, но нам удалось поднять Марисоль и Ли с помощью оставшейся у нас веревки наверх, а потом опустить на другую сторону, где мы снова встретились с Исой и Луной.

Мучительно медленно мы пробирались через пустыню Миктлана и наконец нашли очередную пещеру, которая стала нашим новым убежищем.

Когда я осторожно опустила Марисоль на землю, то заметила сильную пульсацию в левом запястье. Еще этого мне сейчас не хватало. Я начала осторожно массировать сустав, каждую секунду проверяя, не очнулась ли абуэла.

— У тебя что-то с рукой? – спросил Нан, обеспокоенно поглядывая на меня.

Я отмахнулась:

— Тендинит. Ничего страшного.

Нан поднял брови.

— Это хронический тендинит. Становится хуже после нагрузок.

Нести на руках Марисоль, наверное, было для моего запястья чересчур. Но я была готова делать это еще сколько угодно раз.

Вскоре после этого Нан удивительно бережными движениями наложил мне на запястье новую повязку.

— Почему этот пернатый змей все время так на меня смотрит? – ворчливо поинтересовался он.

Я была так занята абуэлой, что не заметила, как за нами увязался Нэка. Теперь он лежал у входа в пещеру и с интересом наблюдал за Наном. При взгляде на него у меня немного полегчало на сердце.

— Может, ты ему нравишься.

— Больше похоже, что он готов меня убить.

— Ты можешь его за это винить?

Нан провел большим пальцем по моей свободно наложенной повязке. У меня по спине тут же пробежал холодок.

— А я думал, мы заключили перемирие, адмирадора.

Но прежде чем я успела ответить, нас заставил обернуться громкий возгла:

— Нан? Лена?

Ли сел, явно ничего не понимая.

— Я…

Нан не дал ему договорить. Он вскочил, упал перед богом Луны на колени и притянул его к себе. Вид обнимающихся братьев на мгновение растопил холод Миктлана. И одновременно я еще сильнее забеспокоилась за Марисоль, которая пока не очнулась. Что, если она меня забыла?

— Ты опять плачешь, де Хесус?

Я повернулась к абуэле, которая пыталась приподняться. Но мои объятия были такими бурными, что я снова повалила ее на землю. Я прижалась лицом к ее груди, прислушиваясь к биению ее сердца как к доказательству, что она по-прежнему здесь, со мной. К звуку, который я боялась больше никогда не услышать.

— Тише, тише. Так легко ты от меня не избавишься, миха.

Она погладила меня по щеке. Я поцеловала ее пальцы и поднялась.

— У тебя опять был приступ, абуэла?

— Не думаю. – Нахмурившись, она огляделась. – А что вообще случилось?

— Вас похитили.