Книга Помощница антиквара 2, страница 70 – Амари Санд

— Что еще за спор? — Павел нахмурился.

— Ничего серьезного, — я подошла ближе и коснулась его руки успокаивающим жестом. — Просто мне бы хотелось услышать ваше мнение по одному вопросу.

Романов кивнул и последовал за мной, не расспрашивая лишнего при гвардейцах, застывших у входа в лавку. Как только мы поднялись наверх, я плотно прикрыла двери и взглядом указала на «дядю», застывшего у зашторенного окна.

Михаил стоял полубоком, заложив руки за спину, представ перед племянником в истинном облике. Павел невольно замер, уставившись на воскресшего родственника во все глаза.

— Дядя? — голос Романова сорвался на шепот. — Но это же невозможно! Ты погиб… Я видел тело на похоронах. Почему? Почему ты скрыл это даже от нас? Почему заставил оплакивать себя?

— Прости за то, что тебе пришлось пережить, — Михаил развернулся и шагнул навстречу племяннику. — Враги не оставили мне выбора. Я должен был исчезнуть, чтобы вывести вас всех из-под удара.

Павел несколько секунд стоял неподвижно, а затем бросился к дяде, и они крепко обнялись. Я отвернулась к окну, чувствуя себя лишней в этот момент воссоединения. Но в душе невольно порадовалась за это маленькое чудо.

— Однако сейчас не время для сантиментов, — Михаил первым разорвал объятия, переходя на деловой тон. — Канцлер ведет опасную игру, целью которой — захват власти и трона. Мы до сих пор не знаем имени главного союзника, который настолько силен, что способен отдавать ему приказы.

— Отдавать приказы Оболенскому? — Павел нахмурился, мгновенно переключаясь в режим стратега. — Ты уверен? Владимир Андреевич не из тех, кто любит подчиняться.

— «Человек из видения! — включилась я в разговор, жестикулируя пальцами. — Оболенский его опасается. Он как-то связан с теми древними знаниями, которые канцлер заставлял меня переводить».

— Александра, вы удивляете меня еще сильнее, — отреагировал Павел, показывая, что язык жестов ему тоже знаком.

Как только не спалил меня, когда я подавала знаки Турову?

— Нам нужно выяснить, кто это, — поддержал меня Михаил. — Павел, твое чутье должно помочь. Мы должны проанализировать все связи Оболенского за последние пятнадцать лет. Кто помог ему возвыситься? Кто финансировал его исследования?

— Связи канцлера слишком обширны, — Павел покачал головой, заинтересовавшись моими набросками, лежащими на столе. — Но я предполагаю, что это кто-то из Тайной канцелярии. Слишком вовремя устранялись свидетели и исчезали улики, указывающие на организаторов многочисленных операций, направленный на подрыв императорской власти.

— А как же князь Ушаков? Он в курсе?

— Разумеется, мы держим наше расследование в глубочайшей тайне. Лишь несколько доверенных лиц посвящено в подробности. Мы ищем способ прижать канцлера, но нам необходимы улики, которые Александр не сможет игнорировать. Он слишком чувствителен к внутренним распрям и не потерпит ложных обвинений, не подкрепленных железными доказательствами.

— Мы можем попробовать добраться до личного архива Оболенского, — предложил Михаил. — Где-то же он хранит перевод свитка, над которым мы поработали с Сашей недавно.

— Так вот, чей профессиональный взгляд кроется за столь блестящей работой, — Павел уважительно кивнул.

— Мой вклад весьма скромен, — не стал приписывать себе чужие заслуги Михаил. — Основную работу проделала Александра. Я лишь помог структурировать магическое плетение и подсказал, где эффективнее всего будет внести изменения.