Книга Невеста поневоле, или как отказать дракону, страница 23 – Анастасия Энковская

Он удивленно моргнул. А я, окончательно перестав соображать, что выглядит прилично, а что нет, легко взяла его за руку. Теплая. Сухая. Спокойная рука человека, который привык лечить, а не хватать.

Лекарь посмотрел на наши сцепленные пальцы, потом на меня, и в его глазах мелькнуло что-то очень мягкое. Не жалость — слава богу, этого я бы не вынесла. Скорее понимание. Как будто он увидел не странствующую деву, не драконью юридическую проблему, а просто испуганную девушку, которой очень хотелось, чтобы рядом оказался хоть кто-то похожий на дом.

— Это большая честь для меня, леди Алина, — сказал он тихо.

Леди Алина. Господи. Ну хотя бы не «дар пути».

Я отпустила его руку, чуть смутившись собственной внезапной откровенности, но он, кажется, ничего неловкого в этом не увидел.

— Я хотел бы сопровождать вас в новый дом, — продолжил он. — И, если вы позволите, наблюдать вашу беременность дальше. В вашем положении вам нужен постоянный присмотр человека, который понимает не только законы, но и тело.

Я даже не успела ответить — дверь снова распахнулась, и на этот раз в комнату вошел Арден.

Судя по выражению лица, день у него не задался с самого рассвета и с тех пор только последовательно ухудшался. Взгляд скользнул по служанкам, по собранным сундукам, по лекарю — и, разумеется, по мне. На одно короткое мгновение он задержался на наших лицах так, будто пытался понять, с чего это в комнате стало слишком много людей, которые принимают решения без его полного одобрения.

Лекарь обернулся к нему спокойно.

— Я намерен сопровождать леди Алину в выделенный дом и вести ее состояние самостоятельно.

Арден замер. Я почти увидела, как в его голове быстро выстраиваются новые ряды контроля, обязанностей и возможных раздражающих обстоятельств. Несколько секунд он молчал, потом произнес:

— Разумно.

Надо же. Я ожидала хотя бы короткого спора. Но нет. Он согласился слишком быстро, и это насторожило меня сильнее, чем открытое раздражение.

— При одном условии, — добавил он.

Ну конечно.

— О любых изменениях в состоянии Алины вы будете докладывать мне лично. О каждом недомогании. О каждом шаге, который может повлиять на беременность. О любых отклонениях.

Я сжала зубы.

О каждом шаге.

То есть отдельный дом, по мнению дракона, все равно не отменял права держать меня на невидимой привязи.

Лекарь коротко кивнул.

— Разумеется, милорд.

Вот тут мне захотелось сказать что-нибудь крайне невежливое. Например, что раз уж Арден так переживает за каждый мой шаг, то мог бы сразу приставить ко мне личную тень, секретаря и двух голубей для срочных отчетов. Но я промолчала.

Пока.

Арден перевел взгляд на сундуки.

— Я проверю, все ли готово к отъезду, — бросил он и вышел так же быстро, как вошел.

Дверь за ним закрылась.

На несколько секунд в комнате повисла тишина — мягкая, рабочая, полная шороха ткани и звона металлических застежек. Потом лекарь вдруг сделал еще полшага ко мне и совсем тихо, так, чтобы слышала только я, произнес:

— Не бойтесь.

Я подняла на него глаза.

В его лице по-прежнему не было ничего театрального. Ни заговорщического подмигивания, ни дешевой веселости. Только спокойствие и какая-то удивительно твердая, взрослая доброта.

— Я буду докладывать ему только то, что он хочет услышать, — шепнул он.