Книга Невеста поневоле, или как отказать дракону, страница 81 – Анастасия Энковская

Остальные тоже заговорили почти сразу, будто теперь, когда морха окончательно захрапела на детском сеансе пузочесания, держать серьезные лица стало уже неприлично.

— Я за всю жизнь такого не видел, — признался один из братьев Эйдана.

— И я, — добавила его жена. — Чтобы морха вот так…

— Да еще и с детьми, — пробормотал второй брат, все еще не отрывая взгляда от ковра.

— И чтобы сама легла, — вставила младшая женщина с ребенком на руках. — Это вообще…

Она не договорила, просто покачала головой и улыбнулась мне уже почти открыто, без осторожности.

А потом кто-то — кажется, тот самый брат, который первым пришел в себя после моего появления на пороге, — сказал с кривой усмешкой:

— Ну что ж. Похоже, вы и правда какой-то подарок богов.

Несколько человек согласно закивали. Не в пафосном храмовом смысле, а скорее в очень человеческом: если уж в наш дом сегодня приехала женщина, на коленях у которой лесной демон превращается в домашнюю храпящую подушку, тут уж либо боги постарались, либо сам мир решил пошутить с особым размахом.

Я уже открыла рот, собираясь ответить что-нибудь ехидное в духе «пожалуйста, не начинайте, у меня на это аллергия», когда в столовую внесли мороженое.

Настоящее мороженое.

Вернее, местный его вариант — в широких стеклянных чашках, холодное, сливочное, с ягодным сиропом сверху и ореховой крошкой. И в этот момент я поняла, что если мир и дальше намерен чередовать драконьи законы, магические фрукты, храпящих морх и сливочные десерты, то он, конечно, психически нестабилен, но местами все-таки небезнадежен.

Я наконец спокойно взяла ложку.

— Все, — сказала я. — Теперь, когда морха официально приняла вашу семью, а вы — меня, я буду есть и делать вид, что это обычный день.

— Боюсь, обычные дни с вами нам больше не светят, — тихо заметил Эйдан.

— Не ворчите, — отозвалась та самая женщина, уже откровенно мне улыбаясь. — После стольких лет нормальной жизни немного феерии дому не повредит.

И, честно говоря, я была с ней абсолютно согласна.

Дом дышал тихо, ровно, почти убаюкивающе. После шумного дня в городе, чужих улиц, рынка, разговоров, взглядов, магических фруктов и совершенно ненормальной поездки домой с лесным «демоном» на коленях эта тишина казалась подарком. Не тем подарком богов, о которых тут все любили вспоминать к месту и не к месту, а нормальным, человеческим: кресло у окна, мягкий вечерний свет, усталость в теле и ощущение, что хотя бы несколько часов никто не собирается решать за тебя твою судьбу.

Я сидела, поджав под себя ноги, в широком кресле у окна и медленно гладила морху, растянувшуюся у меня поперек коленей с таким бесстыдным комфортом, будто она жила здесь уже лет десять и исправно платила за комнату. После всех рассказов Эйдана о ее демонической природе, дурном нраве, магии теневого следа и привычке рвать людям горло быстрее, чем те успеют извиниться, это зрелище по-прежнему вызывало у меня глубочайшее удовлетворение. Потому что на моих коленях сейчас лежал не лесной ужас, не кошмар северных земель и не гроза охотников. На моих коленях лежала наглая, тяжелая, теплая кошка с пятнистой шкурой, белесым пузом и полной уверенностью, что ее обязаны гладить.

— Ну что, Лада, — тихо сказала я, проводя пальцами между ее ушами, — жизнь у тебя, конечно, тяжелая. Сегодня тебя чуть не побили палкой, зато потом носили на руках, кормили, гладили и, подозреваю, скоро начнут баловать окончательно. Очень трудная судьба, да.