Книга Невеста поневоле, или как отказать дракону, страница 78 – Анастасия Энковская

В дом меня впустили почти сразу. Не потому, что перестали удивляться, а потому, что, видимо, в этой семье был вшит очень правильный базовый инстинкт: сначала гостя надо накормить, а потом уже разбираться, почему он приехал с лесным кошмаром на руках.

Меня провели в большую столовую. Стол уже был накрыт к обеду: хлеб, каша, тушеное мясо, овощи, миски с зеленью, кувшин с морсом, тарелки, ложки, простая, крепкая посуда без показной красоты. Все выглядело не празднично, а по-настоящему по-домашнему. И от этого у меня внутри вдруг что-то дрогнуло. Не больно. Тоскливо и тепло одновременно. Так мог бы выглядеть обед у нормальных людей в нормальном мире. Если не считать морхи, конечно.

Меня усадили за стол почти сразу. Не в центр, не как почетную гостью, но и не на край. Хорошее место. Удобное. Рядом с Эйданом. Видимо, чтобы в случае чего он мог либо спасти меня от собственной неловкости, либо окружающих — от меня.

Все остальные тоже сели. Трое младших братьев Эйдана — теперь я уже понимала, кто есть кто, — их жены, двое детей лет пяти и семи, круглоглазые и уже готовые смотреть на меня так, как дети смотрят на все по-настоящему интересное. И вот тут выяснилось, что главная проблема обеда вовсе не в том, как поддерживать светскую беседу с семьей лекаря, а в том, что морха напрочь отказалась покидать мои колени.

Совсем.

Стоило мне попытаться аккуратно пересадить ее на соседний стул, как она вцепилась когтями в юбку и посмотрела на меня с таким оскорбленным недоумением, будто я только что предложила ей жить в хлеву. Я попробовала снова. Тот же результат. Лапы, когти, тяжелое упрямое тело и взгляд, в котором очень ясно читалось: женщина, ты в себе вообще?

— Похоже, у вас появился спутник, — сухо заметил один из братьев.

— Скорее груз, — пробормотала я, снова устраивая морху у себя на коленях.

Та немедленно улеглась, свернулась вполоборота и положила голову мне на локоть с выражением полного морального права.

Ну отлично.

Передо мной поставили тарелку с кашей. Я взяла ложку, уже собираясь наконец поесть как цивилизованный человек, когда почувствовала движение на коленях. Опустила глаза. Морха приподняла голову и очень внимательно посмотрела на ложку. Потом на тарелку. Потом опять на меня.

— Даже не начинай, — шепнула я ей.

Она моргнула.

Потом медленно, без малейшего стыда, потянулась носом к моей руке.

Я закрыла глаза на секунду.

— Нет, — сказала я уже тише. — Нет. Это человеческий обед. У тебя лес, гордость, демоническая природа и все такое. Ты не можешь сейчас выпрашивать кашу.

Морха положила подбородок мне на запястье.

И все.

Я сдалась через пять секунд.

Очень может быть, что через три.

Осторожно набрала немного каши на ложку, подула, опустила вниз — и эта пятнистая наглая морда совершенно спокойно слизнула угощение. Без дикости. Без достоинства. Без малейшей попытки вспомнить, что она, вообще-то, гроза северных лесов и кошмар охотников.

— О господи, — тихо сказал кто-то справа.

Я подняла глаза, но виду не подала. Нечего. Они еще не знают, насколько все станет хуже.

Потому что после первой ложки последовала вторая.

Потом третья.

И вот уже я сидела за большим семейным столом в доме Эйдана и кормила кашей с ложечки морху, которая совершенно очевидно решила, что это и есть ее законное право. А та ела так деловито и внимательно, будто делала мне большое одолжение, соглашаясь принять человеческую пищу в столь унизительно комфортных условиях.