Книга Договор с Двуликим. Вторая жизнь маркизы, страница 16 – Майя Марук

Это совершенно новое, до этого момента незнакомое чувство, ошарашило князя, и почти полминуты он не мог ничего сказать. Только смотрел на чужую жену с немым, совершенно неуместным, восхищением.

— Маркиза, — он наконец-то взял себя в руки, — сядьте и объясните, что происходит в доме вашего супруга. Почему его жена, не успев войти в дом, уже думает о том, как уберечь приданое?

Он старался, чтобы слова звучали не слишком грубо, но старания были напрасными. Хотя большую часть времени князь Хань и проводил при дворе императора и время от времени принимал участие в дворцовых интригах, упаковывать свои мысли и требования в приятные слуху речи, так и не научился.

— Разве, князь может вмешиваться в домашние дела своих подданных?

Женщина попыталась мягко увильнуть от разговора. Князь не понял, было ли это связано с неопытностью или попыткой оценить ситуацию. Он не знал, как лучше действовать, поэтому решил вести разговор так, как вел бы его с отцом маркизы или ее братьями.

— Госпожа маркиза пришла в мой торговый дом прятать свои богатства. Вы ищите защиту. Как я могу ее предоставить, если не знаю, что вам угрожает?

Девушка опустила взгляд в пол, закусила нижнюю губу. Она подбирала правильные слова. Решала, что ему стоит говорить, а что нет. Хань не торопил. В комнате появился Лян, держа в руках поднос с горячим чаем.

Когда Лян ушел, и они снова остались вдвоем, мужчина разлил напиток по тонким фарфоровым чашкам.

— Ваша светлость, — начала девушка, приняв у него чашку с напитком. — Я не могу рассказывать вам подробности нашей с маркизом семейной жизни.

Ее щеки залились румянцем, а Хань вдруг понял, что ему очень неприятна мысль, что у этой женщины есть семейные дела с посторонним мужчиной. Ревнивая игла кольнула под ребрами, но он пока не успел осознать природу этого нового чувства.

— Расскажите то, что можете рассказать.

Девушка сделала глоток чая. Он заметил, как дернулись уголки ее губ. Напиток явно пришелся гостье по вкусу, и князь это запомнил.

— Пообещайте, что все, что я вам сегодня расскажу, останется между нами.

— Обещаю, — он поднял правую руку.

— В доме моего мужа расходы давно выше, чем доходы. Часть затрат покрывается из личных средств старой госпожи.

Князь кивнул. Материальное положение маркиза не было для него секретом. Правда, в отличие от Мин-Сю он знал, что если бы хозяин дома немного поумерил свои пороки, и не тратил деньги на игорные дома, его матери не приходилось бы тратить личные средства.

— Вчера мой муж взял боковую наложницу. Траты поместья в ближайшие месяцы сильно возрастут. Боюсь, что старая госпожа после этого вспомнит о моем приданом, и попробует им воспользоваться.

Рот Ханя наполнился противной горечью. Он с детства усвоил, что для мужчины деньги жены недоступны. Коснуться сундуков с приданым равносильно тому, что опозорить себя. Признаться в собственной, мужской немощи. Все естество взбунтовалось в груди князя от мысли, что теперь, этому хрупкому северному цветку приходится защищать то, что должно было оставаться неприкосновенным.

— Маркиза, возвращайтесь домой, — он понял, что больше физически не может находиться с женщиной в одном помещении и соблюдать этикет. — Я позабочусь о зерне и лавках.

— Благодарю вас, ваша светлость. Семья Вэй, и ваша рабыня, всегда будет хранить верность князю Хань - Шэн и его дому.