Книга Королева меняет цвет, страница 88 – Татьяна Миненкова

— И ещё, — физрук многозначительно поднимает указательный палец. — В завершение темы вы должны будете выбрать лучших игроков для команды, которая защитит честь класса на школьных соревнованиях среди параллели старшеклассников.

Шеренга приходит в движение. Отсюда, с хвоста, она теперь напоминает движущуюся змею. Ещё бы, раньше между классами соревнований не устраивали.

— И как это будет происходить? — любопытствует Шумилов из середины издающей негромкий ропот рептилии.

Физрук разворачивается и продолжает своё путешествие вдоль строя в противоположном направлении, по пути объясняя:

— Пять человек: три парня, две девушки. Вы, как наши передовики и отличники играете с «Б» классом. Те, в свою очередь, с «В» классом, а после победители обоих турниров борются за первое место.

— А что получат эти победители? — интересуется Левакова. — Будет какая-нибудь награда?

Меня волнует не приз, а вероятность встречи ашек и вэшек на одном поле, пусть даже баскетбольном. Слишком хорошо известно, что Тим способен любое поле превратить в поле военных действий. Особенно после того, как озвучил собственные планы перевести холодную войну в открытое сражение.

Тем временем Нирван Порваныч хмыкает:

— Вам лишь бы призы, Левакова. — Он рассеянно качает головой и ворчит: — А как же честь класса, триумф, чувство превосходства над проигравшими, наконец? Но и награда будет. Школа спонсирует для команды победителей экскурсию на открытие краевого планетария.

Ропот, всё ещё будоражащий «змею», меняет оттенок. Большинство ашек — дети достаточно обеспеченных родителей. Экскурсию они могут позволить себе и сами. Превосходство над давними противниками кажется им более желанным призом. Но мне кажется, что будет гораздо лучше и правильней, если ашки проиграют бэшкам, и с вэшками не встретятся.

Блин-малин. Раньше я рассуждала по-другому. Не иначе как общение с излишне миролюбивым Князевым на меня дурно влияет. В присутствии Лиса я веду себя спокойней и мягче. Меньше язвлю, не стремлюсь больше устроить пакости учителям и одноклассникам, игнорирую выпады вэшек. Теперь вода в том самом воображаемом стакане уже не чёрная, а серая.

Мы разбираем тяжёлые ярко-оранжевые мячи и разбредаемся по залу, отрабатывая ведение. Я не люблю баскетбол, но играть в него умею. Летом после беговых тренировок в выходные, сэмпай часто приносил мяч и вместо спаррингов устраивал турнир. Поэтому все эти броски и передачи для меня — ерунда. Но таких, как я среди ашек единицы. У остальных дела обстоят не очень: Хмыловский путается в собственных ногах, Цветаева в первые же минуты получает ушиб о мяч, а Левакова вместо корзины противника забрасывает мяч в свою.

— Я бы на твоём месте обязательно взял Романову в команду, — комментирует физрук, не утруждаясь до того, чтобы хоть немного понизить голос.

Этот совет предназначается Князеву — именно он, как староста класса, будет выбирать игроков. Но, судя по тому, как Лис играет, капитаном команды тоже будет он. Это неожиданно — я-то считала, что, как и остальные ботаники, он не знает, с какой стороны подойти к мячу.

— Посмотрим. — Он встречается со мной задумчивым взглядом, но я усмехаюсь, и Князев усмехается тоже.

Это как-то само по себе происходит, на рефлексах, как у собаки Павлова: стоит нам посмотреть друг на друга, и губы сами собой подрагивают в беспричинной улыбке. И внутри становится так тепло, словно серые солнечные лучи пасмурного солнца с кружащими в них пылинками греют, словно статическое электричество искрит где-то под кожей и в груди зажигается яркая лампочка.