Онлайн книга «Несовершенство»
|
Не обращая внимания на не самый радушный приём, Ангелина садится на стул и закидывает ногу на ногу. Указывает на стул напротив. — Присаживайся, Лер, у нас много работы. — После этого, не дожидаясь вопросов Прокопьева, кладёт на стол небольшой бумажный лист и заявляет: — Вот ордер на защиту интересов Дубининой. И я хотела бы прямо сейчас ознакомится с протоколами следственных действий, произведённых с её участием. Она пока напишет нужное заявление. — А где Лазарев? — почти жалобно спрашивает следователь. Он ведь готовился воевать с давним противником, а теперь признал поражение без всякой битвы. Мне даже немного жаль его становится, но ненадолго. Потом я вспоминаю, как он победно ухмылялся, топча грязными ботинками ламинат моей гостиной, и желание его жалеть мгновенно улетучивается. — Попросил его подменить, — радостно сообщает Волкова и смеривает собеседника выжидательным взглядом: — Ну, где протоколы, Игорь Владимирович? Долго ещё ждать? После этого у меня возникает ощущение, что вместо того, чтобы дать Прокопьеву допрашивать меня, Ангелина сама допрашивает Прокопьева: — А почему тут нет подписи специалиста, а здесь есть? У вас здесь ссылка не на ту статью! — она тычет пальцем с ярко-алым маникюром в строчки протокола. — Почему на ходатайство Лазарева до сих пор не ответили? Я же делаю для себя интересное открытие. Оказывается, те качества, которые я когда-то считала исконно мужскими, легко может вмещать в себя женщина, ещё и такая хрупкая и изящная, как Ангелина. Она умудряется гармонично сочетать плавность, нежность и красоту с твёрдостью, непримиримостью и решительностью. Интересно, этому можно научиться? Или это врождённое? Мне хотелось бы и самой стать такой: сильной, независимой, умеющей отстоять свою точку зрения. Такой всегда хотел видеть меня отец, говоря, что я должна быть тигром, которому положи в рот палец — отхватит руку. И всё же, я явно не такая. Прошедшие выходные в очередной раз подчеркнули моё несоответствие родительскому идеалу. — Начнём допрос… — пытается тем временем вернуть инициативу несчастный следователь. — Начнём, — любезно дозволяет Ангелина, но тут же встаёт со стула и объявляет: — Начнём с моего ходатайства. Записывайте, Игорь Владимирович… За время появления в кабинете я пока не сказала ни слова. Говорит только Ангелина, причём постоянно. Словно футбольный нападающий, беспрестанно забивающий голы вратарю, она не даёт Прокопьеву даже минутной передышки. Он ожидаемо злится, ворчит: — Нормальные адвокаты приносят ходатайства письменно. Но это никак не влияет на настрой моей защитницы: — А нормальные правоохранители догадываются провести нужные следственные действия без чужих указаний, — парирует она. — Так что записывайте: установить и допросить лицо, которому потерпевший в день собственного исчезновения продал машину, вернуть подозреваемой изъятые в ходе обыска банковские карты, поскольку вменяемое ей преступление неимущественного характера и исков, с целью необходимости обеспечения которых вы могли бы лишить её доступа к денежным средствам, не имеется. Да и вообще, что за глупость изымать карты вместо того, чтобы блокировать счета! Кто так делает? Вы ужасно долго печатаете, вам говорили? Из этой тирады я успеваю уловить лишь то, что Сахаров, оказывается, в день исчезновения продал машину. Это очень интересная деталь. Насколько мне известно, он не планировал продавать свой Хариер и пылинки с него сдувал. Что же вынудило Ника расстаться с автомобилем, который он каждое утро тёр мягкой тряпочкой и патетично именовал своим «железным конём»? |