Книга Искусство в крови: новое дело Шерлока Холмса, страница 77 – Бонни Макбёрд

— Ты не Шерлок Холмс. Он не такой, как ты.

Разумеется, он был прав. Я все еще находился в образе «Билла Макферсона, разнорабочего». Я снял кепку и парик из рыжих вьющихся волос, открыв собственные темные волосы, затем удалил длинные бакенбарды и усы, и теперь сидел перед ним в своем подлинном виде. У Фредди отвисла челюсть.

— Фигасе! – изумленно выдохнул он. – Ты – это он!

Полагаю, Ватсон, у ваших рассказов есть свои преимущества.

— Так что скажешь о пропавших детях? – спросил я. – Поторопись, Фредди, пора уходить.

Как только шлюзы были открыты, Фредди оказался словоохотливым свидетелем. Исчезли трое детей, последний из которых был его близким другом. Все они попали сюда из приюта, все мальчики в возрасте от десяти до двенадцати лет.

Свидетелей самого похищения не было, за исключением первого ребенка, да и там не все ясно. Но Фредди действительно видел издалека человека, которого он описал как «очень крупного мужчину», стоящего в дверях на главном этаже фабрики. Тот человек появлялся дважды, и примерно в это же время происходили исчезновения детей. В первый раз он указал на Питера, маленького светловолосого ребенка, который исчез первым. Питера забрали прямо из цеха и буквально вынесли на улицу. А когда он заплакал от страха, ему пообещали, что дадут «конфету, если он будет вести себя тихо». Больше беднягу Питера никто не видел.

Именно тогда, Ватсон, я сделал то, о чем очень жалею, – вытащил одну из фотографий, которые принес с собой, и показал ее Фредди. Он побледнел и с проклятием отвернулся, стараясь не заплакать.

— Ты его знаешь? – спросил я.

— Это Питер, – шепотом ответил он. – Славный малыш. У тебя есть еще такие фотографии?

Мне не следовало показывать ему даже эту, Ватсон, да простит меня Бог, и я соврал, что других фотографий у меня нет. Он повернулся ко мне, внезапно придя в ярость.

— Я убью того, кто это сделал, – решительно сказал он.

— Нет, Фредди. Закон восторжествует. Я прослежу, чтобы виновные были наказаны, это я тебе обещаю, – заверил я его. – А теперь мне нужна твоя помощь. – Я снова расспросил его о «большом человеке», но Фредди не сумел описать его по-другому.

— Неужели никто не спрашивал о пропавших мальчиках? – размышлял я вслух.

— Однажды я спросил о моем друге Поли. Поэтому ты и нашел меня прикованным и запертым. Мне пригрозили: «Продолжай спрашивать, и ты следующий».

— Фредди, пора уходить. Сможешь вывести нас наружу?

Он кивнул. Я удивлялся, почему он раньше не сбежал в безопасное место.

— Мне некуда идти, мистер Холмс, – сказал он, будто отвечая на мои мысли.

— Предоставь это мне, – подбодрил я его.

Итак, мы с Фредди отправились в город. На улице стало еще холоднее. Я заметил, что плохонькая одежда мальчика почти не согревала его худое тело, поэтому мы зашли в маленький магазинчик, где я купил ему теплое пальто, шарф, шапку, варежки и носки.

Но мы не могли запросто разгуливать по городу. К этому времени, Ватсон, люди Бодена наверняка уже слышали и о моем спектакле в «Клайтоне», и о нашем визите в тюрьму. Вскоре они услышат о сбежавшем разнорабочем, который пришел устраиваться на фабрику, и свяжут концы с концами.

Прежде чем сеть вокруг меня сомкнется, мне необходимо было добраться до морга и осмотреть тело леди Пеллингем. Но что я мог сделать с мальчиком?