Книга Запах смерти, страница 168 – Эндрю Тэйлор

— А ваша дочь? – снова спросила миссис Арабелла.

— Она живет со своей тетей. Я уповаю на то, что Лиззи все еще там.

Миссис Арабелла кивнула на мои письменные принадлежности:

— Боюсь, я отвлекаю вас.

— Прямо сейчас это даже к лучшему, мадам. Я пытаюсь писать Лиззи, однако следующего почтового судна, возможно, придется ждать много дней.

— Тогда давайте сыграем в какую-нибудь игру, чтобы рассеяться.

Я удивленно уставился на нее:

— В игру?

Она посмотрела прямо мне в глаза. Это был почти мужской взгляд, без намека на жеманство.

— А почему бы и нет? Вы хотите отвлечься, да и я тоже. Триктрак?

Я согласился и позвонил в колокольчик позвать слугу. Чисто теоретически миссис Арабелла была в трауре, поэтому ей не пристало играть в триктрак даже при закрытых дверях. Хотя траур миссис Арабеллы казался мне несколько странным. Впрочем, напомнил я себе, мы ведь в Америке, где все делается немного по-другому.

Джосайя принес нам доску и поставил стулья так, чтобы мы с миссис Арабеллой могли сесть напротив друг друга; на столе между нами лежала доска, по бокам которой горело по свече. Миссис Арабелла велела принести еще один бокал.

Я вспомнил тот вечер, когда играл в триктрак с Джеком Винтуром и тот пригрозил продать Мириам, чтобы отдать мне долг. Я открыл доску и расставил шашки, отложив в сторону пару игральных костей и стаканчик для их выбрасывания.

Закончив, я сел на место, сунул два пальца в карман жилета и почувствовал ребра двух игральных костей из слоновой кости: той, что нашел возле тела Пикетта, и другой, которую подобрал в павильоне в глубине сада; обнаруженные в различных местах с разницей в несколько месяцев, кости были похожи как две горошины из одного стручка.

— Итак, сэр, – сказала миссис Арабелла, – мы играем на любовь или на деньги?

Эти слова можно было явно интерпретировать по-разному. Однако в манере поведения миссис Арабеллы не ощущалось ни малейшего намека на флирт. И даже наоборот, она снова села на стул, и ее тон был совершенно бесстрастным, почти равнодушным.

— На любовь, возможно. – Не глядя на миссис Арабеллу, я вынул из кармана две игральные кости из слоновой кости и бросил их на открытую доску: пара шестерок. – Вы позволите, мадам? Это мои счастливые кости.

Я поднял глаза. Мне это показалось или на лице миссис Арабеллы действительно появился мимолетный проблеск эмоций, когда она увидела кости? Хотя все можно было объяснить игрой света и тени на ее щеках от дрожащего пламени свечи.

— Почему бы и нет? – Она отложила в сторону деревянные игральные кости. – Никогда не считала вас азартным игроком, сэр.

— Вынужденный выбор.

Я убрал кости на место. Миссис Арабелла потягивала вино. Она редко пила вино, даже за обедом. В ней чувствовалось нечто пуританское, как и в большинстве американских дам, которых я встречал в Нью-Йорке. И меня вдруг накрыло странной волной желания, столь же постыдного, сколь и неприличного.

Мы закончили первую партию. Я выиграл, хотя перевес был то на моей стороне, то на стороне миссис Арабеллы, и все определил последний бросок.

— Ваши кости и впрямь принесли вам удачу, – заметила миссис Арабелла.

— Тогда, быть может, для следующей партии возьмем другие кости?

— Пожалуй, не стоит. На сей раз, возможно, они и мне принесут удачу.