Книга Запах смерти, страница 35 – Эндрю Тэйлор

В октябре мистер Рэмптон написал мне письмо, в котором сообщал хорошие, по его выражению, новости. Лорд Джордж Джермейн имел удовольствие сообщить с самой любезной снисходительностью, какую только можно вообразить, что он просмотрел меморандум, который я составил перед отъездом в Нью-Йорк, и счел его в своем роде образцовым. Департамент немало выиграет, если такой проверенный человек, как мистер Сэвилл, станет глазами и ушами ведомства в Нью-Йорке.

С учетом всего сказанного выше его светлость просит меня сообщить Вам о его желании, чтобы Вы задержались в Нью-Йорке еще на несколько месяцев. Поскольку морской переход в зимнее время наверняка будет для Вас неприемлем, я взял на себя смелость внести предложение продлить Вашу миссию до марта или апреля. Кто знает, быть может, к этому времени мятежники уже капитулируют. Мы на каждом углу слышим, что солдаты Континентальной армии массово дезертируют, поскольку конгресс может платить им лишь своими бесполезными долларами.

Мой дорогой Сэвилл, какое замечательное достижение! Все складывается именно так, как я и надеялся. Пишу Вам в спешке, ибо гонец вот-вот отправится в Фалмут, чтобы успеть перехватить почтовое судно до его отплытия с августовской почтой.

Искренне Ваш

Х. Р.

Поначалу я, естественно, не мог не обрадоваться, что мои способности заслужили столь высокой оценки, причем со стороны не только мистера Рэмптона, но и самого лорда Джорджа! Однако я тут же ударился в другую крайность. Я был обречен провести еще пять-шесть месяцев в этой неуютной провинциальной глуши. Мне придется день за днем, неделю за неделей иметь дело с постоянно растущим числом несчастных лоялистов, а также с грубостью майора Марриота и множеством уголовных дел.

А как насчет Августы? Мы с женой расходимся по многим вопросам, но она никогда не отказывала мне в правах супруга. Более того, когда свечи были погашены, а шторы задернуты, она проявляла удивительный энтузиазм в деле гарантирования мне оных прав. Тем не менее разлука с женой означала невозможность снять зуд неутоленного желания. Как дальновидный и здравомыслящий человек, я, без сомнения, должен был сказать себе, что радости супружества окажутся еще сладостнее, если я подольше останусь в Нью-Йорке. Однако все разумные соображения ни в коей мере не помогали снять этот самый зуд.

Но где было место Лиззи в бухгалтерском балансе моих подсчетов потенциальных профитов и возможных потерь? Ведь для пятилетнего ребенка один месяц – целая вечность, а наша разлука продолжалась уже три месяца. Я знал, что в Шеппертоне ей обеспечен хороший уход и моя сестра наверняка проследит за тем, чтобы Лиззи ни в чем не нуждалась. Однако она наверняка скучает по своему папочке. Августа никогда особо не заботилась о Лиззи – возможно, из-за тяжелых родов, а возможно, моей жене просто не нравилось иметь рядом с собой ребенка. А вот я полюбил Лиззи с первого взгляда. И ощущал отсутствие дочери подобно тому, как человек ощущает отсутствие ампутированной руки.

Впрочем, деваться было некуда. Если я действительно хочу создать новый дом для нас троих, обеспечив Августу и Лиззи предметами первой необходимости и даже кое-какими элементами роскоши, то должен пока оставаться в Нью-Йорке.

Я спросил у мистера Винтура, можно ли мне продлить свое пребывание на Уоррен-стрит.