Книга Пока не погаснет последний фонарь. Том 4, страница 126 – Вероника Шэн, Ангелина Шэн

Тем временем сидевшая за стойкой посетительница, которая или не прочитала оповещение, или же его не получила, тоже повернула голову и, вскрикнув, едва не упала с высокого стула.

Женщина на месте повара была одета в старое истончившееся кимоно. Ее черные волосы, длинные и мокрые, липли к спине и шее. Но что не просто изумляло, а пугало – так это лицо и кожа. Глаза орудовавшей ножом женщины, круглые и немного навыкате, оказались полностью черными, словно радужку затопил зрачок. Бледная кожа была почти полностью покрыта синевато-серой рыбьей чешуей, а между узловатыми пальцами я заметила перепонки. Женщина, нет, ёкай хищно улыбалась, демонстрируя длинные, острые зубы.

Отрубив голову очередной рыбе, ёкай схватила ее и запихнула в рот. Быстро прожевав и проглотив голову, она вцепилась зубами в тушку и рассмеялась с набитым ртом.

— Что это?! – закричала перепуганная посетительница.

Мужчина подскочил со стула и, схватив сидящую рядом девушку за руку, оттащил от стойки.

Ёкай же резко подалась вперед, вытянула чешуйчатую руку и вцепилась перепончатыми пальцами в запястье кричавшей женщины. С удивительной силой она перетянула женщину через стойку, заставив несчастную завопить еще громче, и в то же мгновение замахнулась ножом.

— Масами! – закричал мужчина, и я тоже была готова закричать.

Масами, схватив со стола неразделанную рыбу, ударила ею ёкая по лицу, высвободила руку и кинулась прочь. К ней уже поспешил мужчина, а вот девушка застыла, обхватив голову руками, и я смогла расслышать, как она запричитала:

— Этого не может быть, не может быть… Только не снова, только не снова…

Я поспешила к ней, а Кадзуо и Хасэгава бросились на помощь Масами.

— Это уми-нёбо!^[31] – воскликнула девушка.

— Кто? – недоуменно отозвался мужчина. – Что ты?..

И тогда я поняла, что он не знает о существовании ёкаев. Это понимание обрушилось на меня, подобно ведру холодной воды. Значит, в наши истории действительно могут оказаться втянуты и те, кто не имел к тому про́клятому городу никакого отношения, наши близкие…

Значит, мне на самом деле пока нельзя приближаться к родителям. Я не могу позволить, чтобы из-за меня с ними что-то случилось.

— Вы были в том городе, где проходили кайданы? – прямо спросила я.

— Что? – Девушка ошеломленно посмотрела на меня, и к шоку в ее глазах добавился ужас. – Да… Как вы?.. И вы тоже?

Я кивнула.

— А они?

Девушка отрицательно покачала головой.

— Истории ожили, – быстро объяснила я. – Сейчас неважно, почему и как.

— Нужно убираться с этой улицы, раз так сказано в оповещении, – добавил Кадзуо.

Девушка закивала, оглядываясь на уми-нёбо. Та хватала со стола с заготовками все кусочки рыбы и морепродуктов, что попадались под руку, и жадно заглатывала их.

— Судзу-тян! – нервно окликнул девушку мужчина, который вместе с Масами уже подбежал к дверям.

— Мама, папа, вы как? – Судзу бросилась к родителям.

Кадзуо, крепко взяв меня за руку, потянул к выходу.

— Уходим.

— Что происходит? – заикаясь и давя слезы, спросила Масами и схватилась за предплечье мужа. – Ёсихиро, что происходит?

— Успокойся, – попросил тот, хотя выглядел настолько испуганным, что ему самому явно не помешало бы успокоиться.

— Простите, – забормотала Судзу, и ее лицо исказилось от раскаяния. – Простите.