Книга Белокурый. Король холмов, страница 211 – Илона Якимова

Рональд расхохотался:

— То есть, ты все-таки веришь мне! Ты поверил мне, как мальчишка, Босуэлл, а это вторая опасная привычка — верить людям.

— Знаю, — отвечал тот. — Но если ты не вполне забыл курс античной истории — предают всех, кого позже, кого раньше… я подумал было, что и тебя можно купить. На остаток земель Совиной лощины, к примеру, за верный донос король бы не поскупился.

— Ну, наверное. Хотя… стал бы король огорчать отъемом владений своего любимчика Гордона Хантли, чтоб возвеличить какого-то Хаулетта Хея?

— Чтоб уничтожить какого-то Босуэлла? Стал бы. Смолоду-то был не подарок, а теперь он очень крепко берет за горло тех, кто набирает вес больше положенного, и до кости потом обжирает. Аргайл, Скипнесс, Атолл, Гленкэрн… да хоть бы и те же Дугласы! И в каждом, в каждом ищет приспешника Ангуса, чтоб верней уничтожить.

— И поднимает себе в ближние из низкородных. Да, я слыхал. Что до Совиной лощины, так она стояла тридцать лет без меня, простоит и еще, сколько я пожелаю. Возможно, то, что король не сделает для меня сейчас, когда-нибудь сможешь сделать ты.

— Милорд Хаулетт!

— Милорд Босуэлл, — стук бокалов поставил точку в том разговоре.

Камберленд внес деньги, конечно же.

А Босуэлл в ответ предложил тому повысить что-то одно — либо плату за ему услуги, либо ущерб на границе.

— Да это вообще никуда не годится! — рявкнул Генрих Тюдор, когда хранитель Западной марки хмуро изложил ему условия, ходатайствуя в пользу Босуэлла, хотя и испытывая крайнее отвращение к последнему. — Кто-нибудь вообще может одернуть этого паршивца? Не думал, что ты окажешься таким слюнтяем, Генри!

В глазах Клиффорда горела ненависть столь жаркая, что ею можно было бы воспламенить все сигнальные огни шотландского Приграничья.

— Одернуть Босуэлла можно только одним способом, Ваше величество — убить, — молвил Джордж Дуглас.

— Вот и занялись бы этим, Питтендрейк, вместо того, чтоб протирать штаны за моим столом! — прямо отвечал король. — Но не много-то у вас прыти, как я погляжу… одно только предложение проваливать домой подобру-поздорову приводит к тому, что вы уже полгода хвораете неизвестными болезнями!

— Не могу поверить, что вы желаете мне столь же скорой и немедленной смерти, Ваше величество, как та, что постигла мою сестру. А ничего иного и не ждет нас на родине, пока Джеймс Стюарт не соблаговолит прислушаться к вашим мудрым советам.

Вначале из пятерых сильных осталось трое: Килспинди Серая сталь отошел в мир иной, оставив по себе не слишком безутешную вдову, но вскоре в Лондон прибыли младший сын Дженет Лайон, Джон, и его кузен, сын Серой стали.

— Мой брат был Босуэллу приятелем в Лондоне, Ваше величество, — без уверенности молвил Эдуард Сеймур, граф Хартфорд. — Хотя я бы не стал доверять такое важное дело, как связь с шотландским наемником, моему брату.

По приказу короля он написал Босуэллу, но, помня привычки последнего, и не ожидал ответа, в глубине души согласный с Питтендрейком. Однако ответ пришел быстрей, чем того не ожидал Хартфорд. Ни адресата на пакете, ни имени под текстом. Красивый, тонкий, каллиграфический почерк. А, судя по содержанию, послание вообще могло быть адресовано кому угодно…

'Дорогой Нед! Душевно рад, что вы сохранили воспоминания о нашем давнем знакомстве, и готов дать вам любые сведения по поводу указанного досадного недоразумения.