Книга Отвергнутая жена дракона. Мастерская живых кукол, страница 29 – Диана Фурсова

Рейнар посмотрел на неё уже жёстче.

— Говорите прямо.

— Прямо? Хорошо. Сегодня утром Мира принесла из кухни куклу-хранительницу. Её собирались выбросить. Кукла была не просто сломана. Её намеренно заставили молчать при помощи чужого узла. После починки она указала на пропажи, которые происходили на кухне месяцами. Часть вещей уже найдена.

Управляющий тихо усмехнулся.

— Милорд, Вы слышите? Кукла указала. Если теперь каждый стул начнёт давать показания, хозяйство Вальдов быстро превратится в балаган.

— Если стул первым заметит воровство, — сказала Элина, — я готова выслушать и стул.

Мира неожиданно издала странный звук. То ли испугалась, то ли сдержала смешок. Ортан бросил на неё такой взгляд, что девушка тут же побледнела.

Элина сделала шаг в сторону, закрывая Миру собой.

Рейнар это заметил.

Конечно заметил. У него вообще был взгляд человека, который привык замечать слабые места. Только раньше Элина думала, что он замечает их, чтобы давить. Сейчас впервые мелькнула неприятная мысль: а если он просто давно разучился отличать защиту от угрозы?

— Мира, — сказал он.

Девушка вздрогнула.

— Да, милорд.

— Ты принесла куклу сюда?

— Да, милорд.

— По чьему распоряжению?

Мира быстро взглянула на Элину. Та едва заметно кивнула: говори так, как договорились.

— Леди Элина забрала её, милорд, — сказала Мира. Голос у неё дрожал, но слова прозвучали ясно. — Я испугалась и понесла куклу к флигелю. Леди Элина встретила меня и велела отдать.

Ортан Ливер нахмурился.

— Девчонка лжёт.

Элина повернулась к нему медленно.

— Осторожнее, господин Ливер.

Он вскинул брови.

— Простите?

— Вы только что обвинили служанку во лжи при герцоге. У Вас есть доказательства?

— У меня есть многолетний опыт управления прислугой.

— Опыт управления — не доказательство. Это привычка считать, что Вам не обязаны возражать.

На лице управляющего впервые появилась настоящая злость. Быстрая, тонкая, почти незаметная. Он тут же спрятал её за сухой вежливостью, но Элина успела увидеть.

И поняла: попала точно.

Рейнар молчал. Его взгляд переходил с Элины на Миру, с Миры на раскрытую книгу заказов, с книги — на рабочий стол. Там лежала медная крышечка, под которой была заперта чёрная нить. Рядом стояли три ведра воды, аккуратно внесённые Мирой в качестве платы. На краю стола сохла тонкая красная лента, которой Элина закрепляла узор Чашки.

Всё выглядело бедно, неустроенно, почти смешно рядом с роскошью замка. И всё же в этой бедности был порядок. Такой, который нельзя подделать приказом.

— Покажите счёт, — сказал Рейнар.

Элина подошла к книге заказов.

Страницы сами шелохнулись, раскрывая запись о Чашке. Ортан Ливер отступил на полшага. Рейнар не отступил, но его взгляд стал темнее.

— Механизм? — спросил он.

— Если да, то очень обидчивый. Я бы не называла его механизмом вслух.

Ним за тканями едва слышно фыркнула. Элина сделала вид, что не услышала.

Рейнар наклонился над книгой. Он читал быстро, но не поверхностно. Элина увидела, как его пальцы легли на край страницы, не касаясь записи. Чужая память шевельнулась: Рейнар в кабинете, бумаги, ночные отчёты, ровные строки, печати. Он знал документы. Он доверял им больше, чем людям. Возможно, именно поэтому им так удобно было управлять через отчёты.

— “Плата: одна катушка крепкой нити. Память о пропажах. Три ведра воды для мастерской”, — прочитал он. — Это написали Вы?