Книга После развода. Счет за предательство, страница 2 – Ольга Риви, Лиа Таур

Я пялилась на них. Мой муж, его любовница, её беременный живот и мой торт. Торт, который я, его законная жена, пекла всю грёбаную ночь, чтобы эти двое узнали пол своего бастарда.

Ситуация была настолько абсурдной, что мне захотелось истерично заржать. Сорок два года, двадцать лет брака и двое взрослых детей-близнецов. Всю жизнь я была для него идеальным тылом. Женой, которая засунула свои амбиции шеф-повара куда подальше, чтобы он строил свою ресторанную империю. Я была удобной Васей. А удобных, как известно, не любят, ими пользуются. А у этого гада открылось второе дыхание, судя по тому, что я вижу.

— Ну же, где наш хвалёный кондитер? — крикнул кто-то из толпы подвыпивших гостей. — Давайте уже резать!

Тимур с дежурной улыбкой повернул голову к столу. Его скользящий взгляд уткнулся в мой поварской китель. Потом медленно поднялся к моему лицу. И замер.

Улыбка сползла с его холёного лица так быстро, словно её смыло кислотой. Он побледнел до цвета дешёвой туалетной бумаги. Его челюсть слегка отвисла. Он смотрел на меня, и в его глазах плескался первобытный ужас.

Толпа вокруг начала затихать. Люди — существа чуткие, они моментально уловили запах жареного. Гости переводили недоумённые взгляды с побелевшего Тимура на меня.

Алина непонимающе заморгала своими накладными опахалами.

— Тимурчик? — пискнула она голосом мыши, которой прищемили хвост. — Что-то случилось, зай?

Я физически видела, как в голове моего благоверного со скрипом крутятся заржавевшие шестерёнки. Он ждал ядерного взрыва и, что сейчас обманутая жена начнёт визжать дурниной. Что я брошусь на него с кулаками, вцеплюсь в волосы его малолетки и начну крушить бокалы. Он уже сгруппировался, готовый выставить меня поехавшей истеричкой перед своими богатыми друзьями.

Но он забыл одну деталь. Я — профессиональный шеф, а на кухне во время запары истерики не спасают. Они убивают.

Холодная ярость затопила моё сознание. Она вытеснила боль, шок и желание сдохнуть на месте. Мои руки перестали дрожать, но я взяла себя в руки и медленно расправила плечи, чувствуя, как по венам вместо крови потёк жидкий азот.

— Добрый день, дамы и господа, — мой голос прозвучал ровно, громко и даже бодро, разрезая мёртвую тишину.

Я спокойно потянулась к поясу. Щёлкнула застёжкой чехла и достала свой рабочий шеф-нож. Тридцать сантиметров смертоносной заточки хищно блеснули на солнце.

Кто-то из девиц в первом ряду громко икнул и попятился назад. Тимур судорожно сглотнул, кадык на его шее дёрнулся, глаза приклеились к лезвию ножа.

— Прошу прощения за небольшую задержку, — я улыбнулась самой вежливой корпоративной улыбкой. — Конструкция торта весьма деликатна, требует твёрдой руки.

Я элегантно сняла верхнюю часть коробки. Трёхъярусный торт, покрытый безупречным шоколадным велюром, предстал перед затаившей дыхание публикой. Он был прекрасен, в отличие от моего брака и лица моего мужа, который ждал, что я сейчас взорвусь или начну резать не торт.

Я подошла к своему творению и встала в правильную стойку, перенеся вес на левую ногу. Одно точное, уверенное движение ножом. Сверху вниз. До самого основания. Ни единой лишней крошки. Идеальный срез, как по учебнику.

Я подцепила кусок широкой металлической лопаткой и повернулась к счастливым родителям.