Книга После развода. Счет за предательство, страница 4 – Ольга Риви, Лиа Таур

Но я не доставлю ему удовольствия. Он не увидит моих слёз, только не здесь и точно не сейчас.

Я спустилась по трапу и ступила на твёрдые доски пирса. Дышать стало чуточку легче, кислород наконец-то начал поступать в мозг. Надо просто дойти до моей старенькой машины. Запрыгнуть в салон, заблокировать двери, и вот там, в полной безопасности, можно будет выть от боли и размазывать тушь по щекам.

Но моему плану не суждено было сбыться. За спиной, на палубе яхты, внезапно раздались крики. Первоначальный шок прошёл и уязвлённое, раздутое эго Тимура взяло верх над остатками его здравого смысла. Такого публичного унижения перед своими богатенькими инвесторами он простить не мог.

— Держите её! — сорвался на поросячий визг голос моего пока ещё мужа. — Охрана! Немедленно верните эту сумасшедшую сюда!

Глава 2

Два охранника неслись по пирсу и я не стала дожидаться, пока они проверят на мне свои навыки захвата. Скинула проклятые туфли, подхватила их в руку и рванула босиком по раскалённым доскам. Дерево жгло пятки, но адреналин работал лучше любого обезболивающего.

Мой старенький рабочий «Рено» стоял на служебной парковке. Я запрыгнула в пыльный салон, изо всей силы хлопнула дверью и ударила по кнопке блокировки ровно за секунду до того, как кулак секьюрити врезался в стекло. Завела мотор. Машина жалобно чихнула, но всё-таки с визгом шин вылетела за шлагбаум.

Вцепившись побелевшими пальцами в руль, я гнала машину подальше от этого праздника жизни. По пути мне попалась неприметная парковка и я решила, что нужно прийти в себя, пока не случилось беда. Остановив машину, я сделала один глубокий вдох и выдох. И ещё раз. А потом меня просто разорвало.

То, что я так старательно сдерживала всё это время, вырвалось наружу. Горячие слёзы брызнули из глаз, моментально смывая тушь и обжигая щёки.

— Сука… Какая же ты сука, Тимур! — заорала я в пустоту салона, со всей дури ударив кулаками по рулю. Машина жалобно бибикнула, но мне было плевать. — Ублюдок! Ненавижу! Тварь!

Двадцать лет. Двадцать, мать их, лет! Я облокотилась на руль и зарыдала в голос, размазывая грязь по лицу. Вся моя жизнь оказалась одним большим враньём.

Я же помню всё, с самого начала. Нашу первую съёмную однушку на окраине, где зимой сквозило из всех щелей, и мы спали под двумя одеялами. Как мы ели самые дешёвые пустые макароны по акции. Как я по ночам месила тесто для его первой микро-кофейни, обжигая руки о старую, убитую духовку. Я годами ходила в одних и тех же заштопанных джинсах, экономила на всём, только чтобы этот урод купил себе нормальную итальянскую кофемашину!

Я верила ему, я была его грёбаным надёжным тылом!

А он? Он не просто завёл интрижку, он завёл себе вторую семью. Малолетнюю силиконовую подстилку, у которой губы размером с мой кондитерский мешок. И она беременна.

— Сюрприз, блин! Гендер-пати! — меня начало истерично трясти от смеха, переходящего в рыдания. — Каким же конченым придурком нужно быть, чтобы оплатить этот цирк для любовницы из наших общих денег? А меня, законную жену, заставить для этой эскортницы торт печь!

Синий бисквит. Наследник у них, значит.

Я вспомнила, как разрезала этот проклятый торт перед гостями. Наследник империи, которую мы строили вместе. Только вот империя теперь его, а я — прислуга.