Книга Искра. Ледяное Пламя, страница 13 – Ирина Савицкая

— Это же сорняки, — недоумевал Пахом, жуя зеленый салат с недоверием на лице. — Мы их всегда выпалывали.

— А теперь будете есть, — отрезала Алиса. — В столице за такую зелень золотом платят. Потому что она — первая. Потому что она — живая. Потому что после зимы, когда все болеют и сохнут, она ставит на ноги быстрее любого лекаря.

— И как же вы это знаете? — спросила одна из баб, та, что помоложе, смотрела на Алису с уважением и страхом.

— Бабка научила, — отмахнулась Алиса. — В деревне, где я росла, все так делали.

Бабка из другого мира, знавшая про микрозелень из инстаграма, мысленно усмехнулась.

* * *

Пока бабы возились с ростками, Алиса занялась тем, что лежало за амбаром. Целая гора костей, оставшихся после зимней разделки туш, ждала своей участи.

— Это зачем? — спросил Михай, когда она велела ему развести под навесом большой костер.

— Удобрение, — ответила Алиса. — И корм.

— Кости? — он недоверчиво покосился на гору.

— Кости. Пережжем до золы, потом истолчем в муку. В муке этой — сила. Кальций, — она снова запнулась, — вещество, которое делает кости крепкими. И не только у людей. Если землю такой мукой посыпать, огород лучше родит.

— Огород? — Михай был явно не готов к тому, что прошлогодние ребра пойдут на корм капусте.

— А ты думал, откуда в земле сила берется? — Алиса подбросила в костер еще веток. — Все, что живет, после смерти возвращается в землю. Кости — это самое ценное. Кальций, фосфор… — она увидела его лицо и сменила тон. — Крепость, в общем. Для стеблей, для корней, для плодов. Без этого все будет чахлым.

— И вы… бабка тоже научила?

— Бабка, — кивнула Алиса.

Михай больше не спрашивал. Он только подкладывал ветки в костер и смотрел, как огонь пожирает то, что еще недавно было жизнью.

Золу из костров собирали в отдельные мешки. Ту, что от дров — для щелока и мытья посуды, ту, что от костей — для огорода. Алиса объяснила Флоре, как вываривать золу в воде, чтобы получить крепкий раствор для стирки, и та ходила потом по деревне, удивляясь, почему раньше ее рубахи были серыми, а теперь стали белыми.

— Вы бы видели, — рассказывала она другим бабам, — я старую фартук замочила в этом… в щелоке, а он, как новый, стал. И ни копоти, ни жира. Чистота!

— Секрет в золе, — пожимала плечами Алиса. — В ней сила, которая грязь выводит.

— И огород растит, и грязь выводит, — качала головой Флора. — Словно живая.

Но главное открытие ждало ее в кузнице. Спиридон, который последние недели был тих и сосредоточен, вдруг позвал ее к себе.

— Барыня, — сказал он, отводя глаза. — Тут такое дело. Я вот жмых от семян… ну, от конопли, который остается, когда масло выжимаешь… Я его не выбрасывал. В прошлом году скотину подкармливал. А в этом…

Он открыл мешок. Внутри была темная, плотная масса, пахнущая орехами и чем-то еще.

— Я подумал, — продолжал он, мучительно подбирая слова, — вы говорили, что зима будет долгая. Что скотину кормить нечем. А тут… белок, — он выговорил это слово так, будто пробовал его на вкус. — Вы говорили, белок силен.

— Говорила, — кивнула Алиса.

— Вот. Я его не выкинул. Спрятал. Теперь коровам даю. Они… они лучше молоко давать стали.

Алиса посмотрела на мешок, потом на Спиридона.

— Ты это… сам?

— Сам, — он нахмурился. — Я кузнец. Я знаю, что в железе сила. А в чем еще? В земле? В огне? В том, что растет? Вы меня научили.