Книга Демоны и сталь, страница 46 – Денис Бурмистров

— И ты смотришь, чтобы мы не попали в эти «колодцы»? – Максимилиан пропустил еретические слова по поводу старых богов, его полностью увлек мистический рассказ южанина.

Анук важно кивнул.

— Но раз ты все видишь, то почему тебе указывает дорогу Годвен? – пытливо спросил мальчик.

Наг улыбнулся, сказал снисходительно:

— У него карта. Я вижу много дорог, а Годвен знает нужную.

Максимилиан даже смутился от такого банального объяснения. Но не сдался, спросил то, о чем думал во время перехода:

— Скажи, что такое Аккалина?

Наг зашипел, призывая его замолчать. Подался вперед, заглядывая в глаза.

— Нет ничего страшнее этого времени, – он показал ладони и свел их вместе. – Миры сливаются в один, иные существа выходят в своем истинном обличье. И не только отсюда.

Легкие движения ладонями-лесенками на уровне груди и живота.

— Но и отсюда, – рука нага нырнула к самой земле, медленно поднимаясь обратно, словно всплывая из черной бездны.

Максимилиан испуганно сглотнул, во все глаза наблюдая за Ануком.

— Никто не ходит по Пустошам в этот час, – закончил рассказ наг. – Даже ульины. Только уло^[8].

Он замолчал, втягивая ноздрями прохладный воздух. Молчал и Максимилиан, переваривая услышанное. То, что рассказал язычник, казалось извращенной версией учения о Свете Едином, что преподавали репетиторы в семинарии. Церковь говорила, что есть лишь один мир, изначально пребывающий во тьме, недвижимый и бездушный, но появился Свет и осветил все сущее, леса, горы и реки, всех живых существ, вложив в каждого частицу себя. И после смерти эти частицы уже в виде душ возвращаются назад, в сияющий поток вечного блаженства, где соединяются с остальными.

Но в мире также осталась и тьма, алчная и голодная, что тянет к себе, подчиняя и порабощая. Существа с тьмой внутри противятся людям Света, поклоняются своим темным богам, что приказывают насылать порчу, творить проклятия, призывать болезни и голод. Через этих язычников и еретиков в мир живых проникают темные сущности, заражая других, занимая их тела и пытаясь загасить Свет внутри. Лишенные света существа после смерти попадают в мир вечной мглы, лежащий за миром сновидений. Выбраться оттуда невозможно.

Когда-то Церковь терпела язычников, но с наступлением Последних Дней к иноверцам стали относится с подозрением, требуя выбрать сторону в конфликте. И совсем уж редкостью было увидеть на службе Империи таких, как Анук. Должно быть, за нага лично поручался капитан Равс. Или у южанина вшит под кожу камень-«поводок», что используют храмовники для своих слуг?

— Иди спать, ича, – произнес Анук. – Завтра тяжелый переход.

Он прав, нужно отдохнуть. Да и ноги опять разболелись, хотелось их вытянуть, расслабить. Может, оставленная Эдит настойка поможет заснуть?

Максимилиан встал, отряхивая штаны, пробормотал: «Спокойных часов». Повернулся, чтобы идти к костру.

За линией круга стояла Эдит.

Максимилиан от испуга вздрогнул, отступив на шаг, но тут же воскликнул:

— Вы живы? Слава Единому! Анук, смотри!

Он повернулся было к язычнику, но вдруг понял, что что-то не так. Спросил у женщины, холодея:

— Эдит, а как вы нас нашли?

Волосы храмовницы слиплись и почернели от крови, от левого уха за ворот тянулась глубокая влажная рана с рваными краями. Руки женщины свободно висели вдоль тела, одежду покрывали грязные пятна. И маска, тонкая натянутая на лицо ткань, она постоянно шевелилась, неприятно и омерзительно, словно под ней роились насекомые.