Книга Два типа незнакомцев, страница 74 – Стив Кавана

Лейк кивнул, ничего не сказав. Только Блок обладала способностью подмечать такие вот едва заметные несовершенства. Именно это и делало ее талантливым детективом и следователем, но подобное свойство время от времени едва не сводило ее с ума.

Он последовал за Блок к выходу с вокзала, и они двинулись пешком по маршруту, описанному Элли, – в сторону здания, в котором ее отравили. На Першинг-сквер и на пешеходном переходе через Сороковую улицу им попались на глаза еще две камеры, которые могли заснять Элли и того мужчину с чемоданом. Объектом их интереса были и камеры наблюдения в магазинах, установленные у входа, в поле зрения которых могли попасть прохожие на тротуаре. Впрочем, насколько показали расспросы в этих магазинах, ловить тут было нечего – записи с камер там обычно удалялись по прошествии сорока восьми часов.

Когда они подошли к нужному дому, Блок сразу записала его адрес. Элли не знала ни точного адреса, ни даже номера квартиры, но дала Кейт хорошее описание здания, и это было единственным, которое полностью ему соответствовало. Сделав несколько снимков, Блок отправила их Кейт, чтобы та могла подтвердить правильность места, когда в следующий раз увидит Элли.

Они двинулись дальше, и Блок сделала еще один телефонный звонок – своему человеку в полиции Нью-Йорка, которого снабдила всей более или менее существенной информацией: назвав приблизительное время, когда Элли вошла в метро, и места расположения камер. Если на записях обнаружится кто-то, хотя бы отдаленно подходящий под описание того мужчины с чемоданом, то ее человек сразу же отправит такой материал Блок. А если эти записи с камер наблюдения подтвердят историю Элли, то Кейт сможет запросить их уже официальным порядком, чтобы впоследствии использовать в суде в качестве доказательства.

Для начала они хотели сами посмотреть это видео – убедиться, что оно подтверждает версию их клиентки. Не было смысла официально запрашивать улики, которые могли лишь повредить их делу.

Отключившись, Блок сообщила:

— На получение записей уйдет целый день. Мы можем сейчас еще что-нибудь сделать?

— Бездомный, который тогда помог Элли…

С этими словами Лейк ткнул пальцем на угол Сороковой улицы. В стене одного из угловых зданий была ниша, в углу которой стояла большая хозяйственная сумка, набитая какими-то тряпками, и связка картонных коробок, перемотанных бечевкой.

— Хозяина нет дома, – констатировал Лейк.

— Возраст от тридцати пяти до пятидесяти. Белый, европейской внешности. Небритый. Длинное грязное пальто, вроде как темно-красное или малиновое. Синяя вязаная шапочка… Он сидел в нише на углу этой улицы. Вот и все, что Элли сумела про него припомнить. Негусто… – произнесла Блок.

Они осмотрели окрестности, выискивая других бездомных. Оба знали, что это целое сообщество. Те, кто живет на улицах, знают друг друга. И в большинстве своем помогают друг другу, когда могут.

— Я никого не вижу. Давай-ка немного пройдемся. Обязательно кого-нибудь отыщем.

Они обошли вокруг квартала, но не встретили никого, кто мог бы принадлежать к этому сообществу – пока не двинулись обратно к Центральному вокзалу и не углядели на углу Сорок первой улицы двух мужчин. Блок всегда испытывала угрызения совести, когда видела людей, живущих на улице. Это была не их вина. Бедность, наркомания, проблемы с психическим здоровьем, а иногда и просто обычное невезение могли привести сюда почти любого. Самым трудным было опять встать на ноги и выбраться из этого порочного круга.