Онлайн книга «Неверморе»
|
Грязная жертвенная шаль лежала рядом. Он повторил: — Твое? Теперь я понимаю – он и знать не знал, что мы еще приносим ему жертвы, он благополучно позабыл про предыдущую, а дожди шли и прекращались сами по себе; хозяин гор давным-давно не бывал в собственных владениях, он и в тот раз бы не вернулся, если бы не обстоятельства. И ведь начать решил не с крепости, о нет, он побоялся проверять, что там и как; он кое-как вернулся в домик и осматривался. Наверное, по пути подселялся в мелких птиц, может, в мышей и белок, в кого-то, кем попроще управлять, а потом кое-как воссоздал себе тело. Здесь все-таки была его вотчина, его места, и в деревне сейчас в любом случае думали о нем: если дожди не прекратились, то молили о прощении и проклинали ни на что не годную жертву, если дожди утихли – возносили хвалу. Итак, он вытянул ноги поближе к огню (те оказались в кожаных блестящих туфлях, вот умора, в лесу вокруг такие дня не прожили бы), за пару дерганых движений сел прямее и сказал еще одно: — Нет, у тебя ведь должен был остаться голос? Я кивнула. — Так что, остался или не остался? У него все болело, будто бы у дерева, если его насильно, магией тянуть из земли, насильно ускорять рост, выкручивать ветви; он представил меня на плоском камне, да почему, зачем на камне, можно даже на столе, и кровь моя вся стечет в землю, нет, это не то; у него было слишком мало сил, прямая жертва на старый манер его бы сейчас не спасла. Ему бы просто нечем было взять. Кровь утечет из рук. Он покачал головой, помотал своими косичками, растер себе лицо руками и уточнил: — Да как ты вообще сюда попала? Тут вместо камня и ножа он стал думать о ванне: не то чтобы он так стремился обо мне заботиться, просто липкая жертва противоречила его представлениям о прекрасном. Как бы с меня вообще… но он же что-то чувствовал! Он чувствовал отблеск магии моей мамы – прохладную, влажную, бархатную тьму. Ему ее так не хватало! Он готов был заорать, лишь бы я что-нибудь уже сказала наконец; но он давно жил среди людей и научился не орать чуть что. Он вообще много чему научился. Все было бы проще, если бы он попытался взять что есть: кровь, отпечаток маминой силы, дыхание, душу, память – что угодно. Но у меня почти ничего не было, я почти растворилась в окрестном лесу, и теперь нужно ждать, покуда я наполнюсь, как будто мало ему неприятностей, а я… Да разумна ли я вообще? Не уверена, что реконструирую его мысли со стопроцентной точностью, но что-то в этом роде он все-таки думал. Мы с ним близко познакомились. В рамках выяснения того, умею ли я говорить, он подумывал было дернуть меня за волосы, но потом только уточнил: — Козлы явились, верно? Он имел в виду тех козлов, что привезли телегу, на которой я сюда приехала. Он попросту забыл их отменить, не остановил ненужное колдовство перед тем, как пытаться покорить столицу, и вот на что, оказывается, тратились его силы, пока он там, с риском для жизни… А, как все постыло. Нет, эта мелочь что же, не умеет прислуживать? Раньше он и не замечал таких, как я. Мелкие души метались в горе, растворялись, успокаивались, иногда из них получались неплохие светильники, а иногда опускались на пол куски угля. Раньше бы… раньше бы! Что раньше, а! – девчонкой больше, девчонкой меньше… |