Онлайн книга «Фуга»
|
Протянул фляжку Леди, потом Александру, но оба воротили нос. Я Вам Клянусь тенью бледной и укоризненной зевал себе в кулак на заднем плане – мол, быстрей давай. — Так что, – сказал и погасил ухмылочку, – вы то есть думаете, что в городе нас ждут? — Сегодня вполне в этом убедились. — Это банкет. Там все друг другу кланяются. Вы понимаете, что есть простые жители и им-то мы ни разу не сдались? Да и не очень простым – посмотреть, как на диковину, еще сгодимся, косточки перемыть потом за ужином. Но вы же с кем-то собрались всерьез общаться? Дружить, да? А они боятся нас. Рысь уже проходил все эти дружбы – то приютские звали в гости городских, а те потом едва не получали силой, то городские оставляли приютских ночевать и потом не могли их добудиться. Приют дает иллюзию нормальной жизни, но не больше. У старого мастера был, конечно, план, вот только что это был за план, никто уже не узнает. — Хотим работать. Мы достойны большего. Можем вывески рисовать, в конце концов. — Да, рисуете вы круто – не вопрос… – Рысь задумчиво сделал еще глоток. Вот налить бы виски и не париться уже, никто не осудил бы, кроме мастера, а мастер умер давно. В смысле тот, нормальный. Рысь взболтал сок на дне фляжки, опрокинул на выдохе. Леди поморщилась. — Как бы тебе попроще объяснить… Он снова потряс фляжку, поглядел внутрь одним глазом. И вроде говоришь им, говоришь, чуть ли не схемы чертишь, как там обстоят дела, а все равно приходят, злятся, просят. Да чтоб вас, мастер, с вашими банкетами! Вздохнул, спросил напрямик: — Ты в стенку часто смотришь? — Это к делу не относится. — А в городе будешь в три раза чаще. Приют, он кого тормозит, а кого тормошит. Вас, например. Я вас поэтому и отпускаю только с кем-то – чтоб хоть до дома было кому довести, когда заклинит. — Но на банкете… — При мастере можно. — Но старшие ведь ходят! — И вы будете. Только старшие, как бы вам сказать, они не выздоровели, а усугубили. Она уставилась недоверчиво: — То есть вы хотите… — …сказать, что эта шняга навсегда. Вы, что ль, думали, я вас притесняю? Потому, что вы младше? Или что? — Мы думали, что вырастем и справимся. — А с этим не справляешься, а живешь. Надо отдать ей должное – она не плакала, хотя глаза слезами и наполнились. Да объяснял же это все не один раз, ну почему они так быстро забывают? Хотя теперь, наверное, не забудут. Леди пыталась еще что-то сказать тонким голоском, у нее даже что-то выходило, пусть с запинками: — Нам кажется, твоя кандидатура… не способствует нашему развитию. — Ты имеешь в виду, что я все порчу? Она поджала дрожащие губы и кивнула. — Нету… условий, – она все еще держалась, – надлежащих… И все-таки расплакалась – отчаянно, с прямой спиной, прижав ладони к щекам, смотрела жалко, жалобно. Устала, что ли, с непривычки? Или осень?.. Шумно вздыхали Александр с Я Вам Клянусь, Леди все рассыпалась в мелком плаче. Рысь принялся гладить ее по голове: — Ну ладно, ладно. Да капец кандидатура, я б сам такого не назначил никогда. Все образуется, серьезно. Все получится. И книжки, и условия, и все это… Она плакала, кажется впервые в жизни столкнувшись с чем-то, что нельзя исправить. До сих пор списывала все на тупость Рыси – мол, до них просто не дошло, как надо сделать, взрослые вечно тормозят, им объяснить бы… Рысь встретился взглядом с Я Вам Клянусь и показал глазами на угловой шкафчик. Я Вам Клянусь зазвенел ложечкой в стакане, Александр извлек свою тетрадку и хмуро принялся что-то черкать. |