Книга Фуга, страница 50 – Елена Ядренцева

Вообще-то, строго говоря, против Рыси она бы выступила бескорыстно, из любви к искусству. Но не ей нарушать обычаи. К тому же мало ли… Ксения щелчком закрыла помаду и повернулась к девочке:

— Ты знаешь правила?

Леди покачала головой:

— Я знаю только, что вы можете помочь. Сведения здесь добываются странными путями.

— Это уж точно. Ну-ка, ближе подойди.

Леди подошла. Заметно было, что она сдерживает себя, чтоб стоять на месте. Ксения медленно взяла ее за подбородок – вот тут бы больше черного. В прическу – золота. Губы поярче и чтоб не дрожали. Мельком погладила по голове и отпустила.

— Хочешь взять реванш?

— Я хочу выхода. И я просила бы вас не трогать меня без разрешения. Рысь рассказал, что выхода нет, но я уверена, что обходные пути есть. Может быть, мой начнется с вас. Может быть, нет. А зачем вы зашторили окно?

— Отсвечивает. Значит, ты хочешь знать, какие способы сохранить себя здесь от тебя утаил Рысь?

— Да, хочу. Что вы попросите взамен?

«Ну, волосы, положим, у тебя густые, но забирать такое эфемерное понятие, как качество волос, это, хм, как-то… – Ксения пошевелила в воздухе пальцами, поискала сравнение. – Как-то мелочно? Что еще, деточка? Блеск глаз вполне хорош. Запястья тонкие. Манера держать голову… Можно подвесить долг на нитке времени, сказать “отдашь потом”, и пусть тревожится… Можно скинуть ей пару своих лет, да только это Рысь наверняка заметит, а если не он, то его жена. Морщины? Кожа? Что-нибудь такое…»

Девочка тем временем дозрела и поделилась все-таки заветным – все они рано или поздно дозревают:

— У меня есть…

Она подняла рукав черного присборенного платья и показала Ксении браслет. Браслет был велик, болтался на запястье, тяжелый, мощный, древний артефакт с тусклыми темно-синими камнями.

— Это, наверное, фамильный, я не помню. Но в тот день, когда я сюда попала, он был на мне, и я имею основания думать…

Браслет хотелось взять в руки, погладить, даже поцеловать. Ксения украдкой перевела дыхание и облизнула губы. «Притаимся. Хорошо, что здесь полумрак, не видно румянца. И хорошо, что девочка юна, не понимает, что за штука ей досталась».

А впрочем, может, этого вообще никто не видит. Может, только у Ксении на этот браслет какая-то выдающаяся реакция. Кулон под платьем будто бы налился тяжестью.

— Дай посмотреть, – голос против воли задрожал. «Слушай, но он ведь некрасивый, не тоненький-блестящий, как ты любишь, да он тебе ведь даже не пойдет. Откуда этот трепет? Что такое?»

Бережно, будто он вот-вот рассыплется, Ксения взяла браслет у Леди – провела пальцами по выпуклому внешнему узору, по камням. Какой же нелепый, старомодный – и какой же прекрасный. И как же хочется сперва забрать его себе, а потом уже рассуждать, что происходит.

Последний раз Ксении так, до дрожи, нужно было завладеть какой-то вещью в далеком детстве. Или вовсе никогда.

— Возьмете его? Плата подходящая?

«Да, да, да, черт, – вопило что-то внутри Ксении, – отличная плата, отдавай скорей, плевать на все». Но она еще раз посмотрела браслет на тусклый свет и протянула обратно хозяйке:

— Это опасный путь, имей в виду. Может, ты ничего не обретешь. Растеряешь последнее. Бывает и такое.

— Но вы укажете мне выход?

— Укажу.

— А какой именно?

— Я погружу тебя в твое прошлое. Ты вспомнишь что-нибудь. Потом станешь такой, как я.