Книга Фуга, страница 61 – Елена Ядренцева

— Все хорошо, – отозвалась девочка с явным усилием, – я просто… не пойму.

— Ты знаешь что-нибудь о нем? – спросила Ксения и на всякий случай сунула руку с браслетом девочке под нос.

— Ничего не знаю.

Ну конечно, и она тоже в этом мареве. Многие младшие в нем, кто-то больше, кто-то меньше, но Леди раньше вроде бы ходила чистая? Может, дело в браслете? Может быть. Но это ведь был ее выбор, правда?

— Садись, – кивнула Ксения на подушки у стены, – и жди, пока я приготовлю зелье. Не совсем зелье, это шутка, если что.

— Вам нужна моя кровь?

— Какие глупости.

Девочка все так же растерянно, будто бы что-то потеряла и забыла что, прошла к подушкам, уселась. То есть браслет, что ли, замедлял распад? О, это плохо, тогда Рысь может заметить. Ну или Роуз, и неизвестно, что хуже.

Еще не поздно отмотать назад.

Да нет уж, поздно.

— Воды? – спросила Ксения. Леди кивнула, и Ксения плеснула ей из бутылки темного стекла в высокий узкий стакан. Здорово все-таки, когда хоть где-то хоть что-то соответствует твоему вкусу. Вообще-то эта комната принадлежала старшим девушкам, но Ксения приспособила ее под себя. Букет чертополоха в старой вазе. Чуть треснутое зеркало. Духи.

Леди сидела, прислонившись к стене. По крыше стучал дождь – стучал и стучал, будто бы это был его дом, его место.

— У тебя платье тонкое?

— Не знаю…

Пришлось подойти, сесть на пол с девчонкой рядом, помять краешек платья в пальцах – тоньше некуда. Это же мятый шелк, не греет совершенно. Мятый шелк с блестками она носит в Приюте. Платье с вырезом.

— Мне нужно положить ладони тебе на плечи.

— Зачем это?

— Погрузить в морок, как выражается Роуз. И ты увидишь. Кстати, если Рысь узнает, он меня выгонит отсюда сразу же.

— Я не скажу ему.

— Я и не сомневаюсь.

Кожа у Леди была бледная, в мурашках. Ксения встала на колени перед ней, прямо напротив, посмотрела в глаза:

— А теперь зажмурься.

Вообще-то Ксения хотела сказать что-то вроде: ты не моя ученица и не будешь ею. Я только что заполучила твой браслет, который придавал тебе уверенности и, может, вес твоим словам в глазах окружающих. Сейчас я погружу тебя в глубины, ты забудешься темным сном – не сном, увидишь сколько-то отрывков прошлого, очнешься и отправишься обдумывать. Ты заплатила, я все сделаю как надо, но я не разрешала задавать вопросы. У тебя мятое платье, красные глаза, чего ты от меня можешь хотеть? Я здесь не мамочка.

Леди качнулась, ожидаемо чуть не повалилась на пол, но Ксения поддержала ее. Как они ищут ниточки во тьме, любую руку, за которую можно ухватиться, любого, кто бы им сказал, что можно сделать. Другое дело, что выхода нет, есть тропинки всё в той же тьме, которые ведут в никуда, но, пока ты идешь по ним, хотя бы отвлекаешься.

Леди очнется минут через тридцать, еще пять минут будет вспоминать себя. Очнется с больной головой, как после пьянки, как после тех тяжелых темных снов, которые приходят к каждому в Приюте и даже, может, иногда к жителям города. Напиться силы – погрузиться в тот же омут, но добровольно. Выловить свое.

Пока Леди лежала в забытьи, Ксения медленно перебирала мотки с пряжей. Трудно сосредоточиться на оттенках, когда позади тебя кто-то обретает прошлое… ладно, отрывки прошлого, уж не настолько Ксения могущественна. То есть по-хорошему все это не должно работать, и старый мастер не обрадовался бы, но старый мастер уже ничего не скажет, и Рысь не узнает, а у нас зато браслет есть.