Книга Миссия в Венецию, страница 40 – Джеймс Хэдли Чейз

— Джон – мой друг. И он пропал. Я его ищу. С его исчезновением связаны двое: Куризо и Буссо. Жена Трегарта посоветовала мне поговорить с Манрико Росси, это деловой партнер Джона. Я зашел к нему в лавку. Ваша дочь узнала меня. Из стеклянной заготовки она сделала инициалы Трегарта – так, что их не заметил никто, кроме меня. Я понял, что в тот момент у нее не было возможности со мной побеседовать. Позже мы с ней встретились. Я сказал, что разыскиваю Трегарта, и она дала мне адрес. В этот момент на меня напал Буссо. Атака была внезапной, и я потерял сознание. Когда пришел в себя, тут же отправился на Калле Монделло, в дом номер тридцать девять. Этот адрес дала мне Луиза. Судя по всему, раньше там прятался Трегарт, но, когда я пришел, его уже не было. Там же я нашел тело вашей дочери. Ее пытали, а потом убили.

Стиснув кулаки, старик уставился в пол.

Нужно было дать ему прийти в себя. Закурив, Дон подошел к окну. Он повернулся к Пеккати, только когда тот произнес:

— Продолжайте, синьор. Что еще вы можете мне рассказать?

— Почти ничего. С тех пор за каждым моим шагом следят. Меня попытались спровадить из Венеции. Я решил, что, если хочу раскрыть эту тайну, мне нужна свобода действий. Уехал отсюда, переоделся, наложил грим и вернулся. Мне нужна любая информация. Я хочу отомстить за вашу дочь, а также найти Трегарта. Вы мне поможете?

— Но как? Я беспомощный калека, – с горечью сказал Пеккати. – Помог бы, будь это в моих силах. Но это невозможно.

Дон уселся:

— Как помочь? Быть может, вы мне что-нибудь расскажете. Вы знали, что ваша дочь знакома с Трегартом?

Старик кивнул:

— Синьор Трегарт – наш добрый друг. Во время войны он спас жизнь моему сыну. Тот был командиром миланского подполья. Если бы синьор не поддержал его людей оружием и деньгами, они все погибли бы.

— Где теперь ваш сын? – спросил Дон.

Старик пожал плечами:

— Не знаю. Не видел его уже лет шесть. Говорят, он перебрался в Рим.

— Трегарт сейчас в Венеции?

— Думаю, да, – ответил старик. – Конечно, он мог и уехать, но это вряд ли.

— Расскажите мне, что случилось. Он приходил к вам?

— Да, приходил.

— Когда?

— Семь дней назад. Мы уже легли спать. Около двух ночи я проснулся от стука в дверь. В комнату ко мне вошла Луиза. Я велел ей не открывать, но она сказала, что стук особый. Это был сигнал, которым они пользовались во время войны: просьба о помощи. Но мне все равно не хотелось, чтобы она впускала гостя. Видите ли, синьор, я стар и немощен. Не способен ее защитить. Но Луиза все же открыла дверь. Оказалось, пришел синьор Трегарт – больной и совсем без сил. Прежде чем потерять сознание, он сумел рассказать Луизе, что его преследуют и, возможно, видели, как он вошел к нам в дом. Луиза заперла дверь, задвинула засов. Оттащила синьора в заднюю комнату, устроила его как могла. В него стреляли: в боку у него была рана, поверхностная, но очень нехорошая. И старая, недели две-три. Она воспалилась и сильно болела. Еще у синьора Трегарта была высокая температура. Пока дочь перевязывала ему рану, я сидел у окна в гостиной, не включая света. Увидел, как по Фондаменте шагают двое: долговязый и невысокий. Они миновали дом, а через некоторое время вернулись и пошли в другую сторону.

— Высокий был в белой шляпе?