Книга Миссия в Венецию, страница 47 – Джеймс Хэдли Чейз

Гарри перебросил Ганса через голову, и тот с грохотом упал на пол у двери в конце коридора. Когда Гарри бросился следом за ним, на него напал Куризо. Но вступать с Гарри в рукопашную – все равно что обниматься с бензопилой. На корпус Куризо обрушился град стремительных ударов. Некоторые пришлись в солнечное сплетение – а кулаки у Гарри были что твои кувалды. Куризо дрогнул, попытался отступить, получил молниеносный удар в челюсть и растянулся на полу.

Дон тем временем продолжал возиться с блондином.

Окинув обоих быстрым взглядом, Гарри решил, что дела у Дона обстоят весьма неплохо. Перепрыгнул обоих и набросился на Ганса: тот как раз поднимался на ноги. И тут наконец ожил Буссо. Встав на четвереньки, он увидел, что Дон наступил коленом на грудь блондина и дубасил его изо всех сил, в то время как Гарри боднул Ганса в грудь, работая кулаками, словно поршнями. Ребра немца трещали, лицо его перекосилось от боли.

Выхватив нож, Буссо вскочил на ноги и начал подкрадываться к Дону. В этот момент входная дверь распахнулась, и в коридор ворвался Джузеппе. Он тут же устремился к Буссо. Толстяк, развернувшись, взмахнул ножом. Джузеппе ушел вбок. Его здоровенный кулак обрушился Буссо на макушку, и тот рухнул на пол, словно бык на бойне.

Дон тем временем покончил с блондином и, пошатываясь, поднялся на ноги. Быстро глянул, как дела у Гарри. Тот, наступив коленом Гансу на грудь, методично душил его и, судя по всему, получал от этого огромное удовольствие. Наконец Ганс засучил ногами, в горле у него заклокотало, и он обмяк.

Присев на корточки, Гарри с профессиональным интересом осмотрел поверженного врага.

— Минут двадцать пролежит смирно, – сообщил он и выпрямился.

Дон, тяжело дыша, прислонился к стене, окинул поле боя удовлетворенным взглядом и сдавленно произнес:

— Потрудились на славу.

Блондин, Буссо и Куризо развалились на полу, словно тряпичные куклы.

— Вы целы, босс? – спросил Гарри, не обращая внимания на кровь, что струилась у него по лицу, и на глаз, который уже начинал заплывать.

— В полном порядке, – ответил Дон. – Уф! Похоже, я слегка растерял форму. Временами было жарковато. Давайте-ка их свяжем, чтобы не начали бузить. Вы займитесь, а я осмотрюсь.

Перешагнув через Ганса, он заглянул в дальнюю комнату. В ней никого не было. Повернувшись, Дон пробрался между телами и открыл дверь справа от входа. Там тоже никого не оказалось. Если Трегарт здесь, его нужно искать наверху, решил Дон и побежал по лестнице, одолевая по три ступеньки зараз. Обе комнаты на втором этаже были пусты. Поднявшись на третий, Дон оказался перед запертой дверью.

Сдвигая засов, Дон почувствовал, что сердце его забилось быстрее. Если повезет, в этой комнате будет Трегарт. А это значит, что поиски увенчались успехом – и даже быстрее, чем рассчитывал Дон.

Он открыл дверь.

Комнатка оказалась совсем небольшой и темной: ее освещали лишь две мерцающие свечи в горлышках пустых бутылок. Из мебели в комнате была только раскладушка. На ней лежал, не двигаясь, обнаженный до пояса человек. Рассмотреть его в полутьме было невозможно. Шагнув к каминной полке, Дон взял свечу, поднял ее над головой и подошел ближе.

Он не видел Джона Трегарта уже много лет, но сразу же узнал его. Трегарт исхудал, виски его поседели, но лицо осталось прежним: жестким и решительным. Он лежал без движения, глаза были закрыты, а кожа такая бледная, что на мгновение Дон подумал: Трегарт мертв. Но тут увидел, что грудь его едва заметно вздымается. Разглядев кое-что еще, Дон почувствовал легкий приступ тошноты и похолодел.