Книга Двойная подтасовка, страница 29 – Джеймс Хэдли Чейз

— Представь, каково жить в такой дыре, – сказал я, шагая по пыльному тротуару. – Тебе бы понравилось?

— Ну уж нет. – Хелен покачала головой. – Какие планы, Стив? Кого будешь играть за кулисами – следователя или восторженного поклонника?

— Следователя. Узнав об остальных полисах, я слегка тревожусь о безопасности мисс Геллерт. На это и буду давить. Расскажу, какие опасности таятся в страховке на миллион, и напомню, что кое-кто может замыслить недоброе. Будет интересно посмотреть на ее реакцию. Если девушка увидит, что мы подозреваем ее в мошенничестве, она может занервничать и отказаться от своего плана – если такой, конечно, есть. А еще я хочу узнать, кто получит деньги, если с ней что-то случится.

— Мне пойти с тобой или только помешаю?

Я усмехнулся:

— Ты никогда не мешаешь мне, милая. Пойдешь со мной.

Похоже, «Палас-театр» стремился развлечь зрителей по полной. Кроме Хопалонга Кэссиди, там был певец, от которого у меня заныл зуб, и комик, вогнавший Хелен в краску, после чего настал черед Брэда Дэнни. В программке его выступление значилось как «Номер с танцами».

Судя по перешептыванию соседей, все пришли посмотреть на Сьюзан. Я заметил, что мужчин в зале было раз в шесть больше, чем женщин. Когда на табло высветилось имя Дэнни, по залу пронесся нетерпеливый гул.

— Скорей бы ее номер, – пробормотал я, обращаясь к Хелен. – Иначе я сдохну в этой потогонке.

Рев ожившего квинтета заглушил ее ответ. Сцена озарилась огнями, и парнишка в смокинге принялся отбивать стандартную чечетку.

Мы оба с интересом следили за ним. Мальчик был миловидный – типичный парень из колледжа: светлые волосы, широкие плечи, сверкающая улыбка и настороженный взгляд блестящих глаз.

Конечно, до Астера^[1] ему было далеко, но выплясывал он весьма энергично и даже заслужил одобрение вспотевшей публики. Однако выход на бис был встречен с меньшим энтузиазмом.

Зрители пришли посмотреть на Сьюзан и уже начинали проявлять нетерпение.

— Если судить по внешности, вопросов он не вызывает, – сказал я, когда Дэнни подошел к рампе, чтобы раскланяться.

— По-моему, он лапочка, – отозвалась Хелен.

Аплодисменты постепенно затихли, и Дэнни поднял руки.

— А теперь, дамы и господа, – начал он, – я с великим удовольствием представляю вам блестящую танцовщицу, юную, прекрасную и отважную. Дважды за вечер она, рискуя жизнью, дарит вам самый сенсационный танец века! Дамы и господа, приветствуйте Сьюзан Геллерт в номере «Поцелуй смерти»!

Дэнни шагнул назад, а барабанщик, оглушительно жахнув по тарелкам, выдал мелкую дробь. Публика захлопала и затопала, свет медленно погас, и сцена погрузилась во тьму.

Сидя в жаркой духоте, я чувствовал, как по залу захолустного театра внезапно распространилось напряжение сродни электрическому. Такое бывает на бродвейской премьере. Публика замерла, и в театре повисла абсолютная тишина.

Тут зажглись огни. В центре сцены стояла блондинка; на ней были только трусики «танга» и шестифутовая кобра. Допущу, что ее наготу можно описать и получше, но мне это не под силу.

Змея покоилась на плечах танцовщицы. Одной рукой девушка держала кобру за шею, увенчанную шипящей головой, а в другой руке у нее был змеиный хвост.

Секунд двадцать блондинка стояла без движения, барабанщик выбивал дробь, а публика, завывая, хлопала в ладоши. У девушки была красивая миниатюрная фигурка. Все шесть чешуйчатых футов оплелись вокруг неподвижного тела танцовщицы, и от этого зрелища я, как и остальные мужчины в зале, нервно подался вперед.