Книга По ту сторону тени, страница 105 – Каролина Роннефельдт

Пирмин нахмурился, но не успел ничего ответить на очередное язвительное замечание Гортензии. Тут вмешался старик Пфиффер.

— Если пойдем в лес, мы не только догоним пса, который все-таки уже побывал у Безмолвного народа, но и поймем, стоит ли следовать с размаху в мир иной. Не стоит пренебрегать знаками, которые нам посылают, ведь ничего другого у нас нет. – Он помолчал и окинул взглядом далекий горизонт. – Так уж сложилось, к добру или к худу, – продолжил Одилий так нарочито спокойно, что к его следующим словам путники не были готовы, – однако думается мне, что на пустоши нас ожидает куда большее зло, чем то, что может таиться в лесу.

Все оглянулись, обшаривая равнину тревожными взглядами, и заметили – святые трюфели! – как поперек вересковой пустоши пролегла широкая полоса беловатой дымки. Быть может, то было облако пыли, поднятое большой группой всадников или стаей зверей, а может, туман или дым пожара, который ветер гнал в сторону леса.

— За мной! – вдруг решительно крикнул Горм, схватил Нибелунга под уздцы и повел прямиком в лесную тьму, под свод деревьев, напоминающих своей гладкой серой корой буки Холмогорья.

Не раздумывая, остальные поспешили за ними, но, пройдя всего несколько шагов, снова остановились, чтобы посмотреть, что происходит на пустоши. Им показалось, что бледная дымка приблизилась. Впечатление могло быть обманчивым, поскольку теперь обзор заслоняли деревья и кусты. Некоторым показалось, что с пустоши доносится тихий шелест – веет ли там ветер, решить было трудно, потому что пес залаял еще настойчивее, видимо, почуяв, что двуногие друзья наконец-то идут за ним. Квендели осторожно зашагали по лесу.

— Наденьте маски и держите оружие под рукой, когда мы дойдем туда, куда зовет Траутман, – приказал спутникам старик Пфиффер, и все послушались его, включая Гортензию, которая еще ни разу не надевала свою маску амбарной совы.

Мгновением позже сквозь папоротники и подлесок вместо отряда квенделей пробиралась весьма странная компания во главе с кабаном, за которым следовали два мохнобородых чудовища и огненная голова с витыми бараньими рогами, а с ними остроклювая Белая Дама, голубоглазое камышовое чудище с болот и хитрый лис. Шагали с путниками и серебристо-серый пони, и два кота на бархатных лапках; все они шли на зов чернокрылых птиц и лающего зверя, который не был волком и чья шерсть поблескивала в лесном сумраке. Деревья потустороннего мира взирали на чужаков с молчаливой опаской. До кончиков своих корней, уходящих в вечность, они чувствовали, что в этих призрачных существах было что-то отнюдь не призрачное; скорее, за их масками скрывалось нечто живое и по-своему защищенное, чуждое этой стороне туманной границы. Мшистые стволы и серые мухоморы, видимо, деревьям, несмотря на их достопочтенный возраст, никогда не приходилось иметь дело с квенделями.

Путники вскоре почувствовали, что идут в гору, и чем дальше они уходили от опушки, тем круче становился поросший лесом холм. Вскоре пустошь позади них скрылась из виду, не говоря уже об облаке не то пыли, не то тумана. Слева и справа вздымались сероватыми стенами деревья и поросль между ними, но квендели отчетливо видели землю, по которой ступали, – грубый, дышащий влагой ковер из старых листьев и гниющих ветвей. Маски хоть и ограничивали обзор, зато надежно скрывали лица. Они связывали своих обладателей с воспоминаниями о Холмогорье, придавали им сил и энергии защищать то, что те рисковали потерять навсегда. Непривычные к оружию руки квенделей крепко сжимали рукояти мечей и кинжалов, гладкое тисовое дерево взведенного арбалета и сломанную рукоятку вил.