Книга По ту сторону тени, страница 122 – Каролина Роннефельдт

— Нам он тоже знаком, мы видели эти рисунки, но в другом месте, – сказала Гортензия. В ее голосе теперь звучало не раздражение, а беспокойство. – По крайней мере, те четверо из нас, кто вошел в лабиринт под живой изгородью в Волчью ночь. – Она перевела взгляд со старика Пфиффера на Звентибольда и Карлмана. – В той страшной гробнице, где мы нашли клочок жилета Бульриха, такие же рисунки покрывали огромный саркофаг, в котором, вероятно, лежал король или принц из людского племени. Потом из-за того самого саркофага поднялись тени, от которых мы едва спаслись.

Она замолчала и принялась осматриваться по сторонам, проверяя, не скрывается ли что-нибудь за стоящими камнями.

— Видите, все связано и переплетено, – тихо и настойчиво произнесла наконец Гортензия. – Скоро мир живых перестанет быть отделен от царства мертвых, и их связь будет становиться все теснее и теснее. Давайте уйдем отсюда, мне страшно.

Гортензия говорила совершенно серьезно, невозможно было не услышать мольбу в ее словах. Это место на просторах бесплодной пустоши внушало Гортензии куда более сильный страх, чем все лесные опасности, однако она подозревала, что старик Пфиффер не откажется уделить некоторое время камням и их окрестностям. Бульрих тоже не прочь был занести это удивительное место на свою карту, и оба они, конечно, были правы в том, что хотели поискать здесь какие-нибудь следы.

— О нет, мы останемся, пока не выясним, нет ли здесь подсказок, – объявил Одилий. – Надеюсь, что знаки нам помогут и удача будет на нашей стороне – если, конечно, мы не пойдем наперекор намекам судьбы.

— Ладно, хотя бы солнце собирается выглянуть, – сухо заметила Гортензия. – Так что же дальше?

— Устроим привал прямо здесь, между камнем с воронами и ручьем. Нужно достать из поклажи только то, что понадобится для скромного обеда. А потом возьмемся за дело, – деловито распорядился старик Пфиффер, – кто-то один пойдет осматривать камни, кто-то другой последит за вещами и пони. Остальные отправятся искать, что обнаружится за пределами каменного круга.

Для начала путники приступили к более приятной части плана и с радостью наблюдали, как Одилий разжигает печь, чтобы разогреть обед.

— Сейчас уже светло, так что костер издали сразу и не заметишь, – сказал он, поднимаясь со своего места.

Рассуждая о погоде, Гортензия и старик Пфиффер не ошиблись. Туман над пустошью почти рассеялся, но даль все еще была скрыта дымкой, за которой прятались леса и горы. Облака, густые и перистые, быстро и неуклонно двигались по бесцветному диску солнца. Из-за этого казалось, что светило мчится по своей орбите, хотя оно только-только достигло зенита.

Квендели расположились у печки посреди почти увядшего вереска. Они ели оставшиеся пироги с орехами и пили чай, который Гортензия приготовила в маленьком медном чайнике – великолепно сохранившейся семейной реликвии, которую она обычно брала с собой на долгие пикники ранней весной или осенью, когда все были рады горячим напиткам. Несмотря на богатую семейную историю Самтфус-Кремплингов, Гортензия и подумать не могла, что однажды этот чайник закипит в тех местах, где ей, быть может, повезет пригласить на чай кого-то из своих предков.

Гортензия тут же упрекнула себя за эти непочтительные мысли, списав их на влияние воды из ручья, к которой по-прежнему относилась с недоверием. Краем глаза она заметила, как кошки крадучись обходят вокруг ближайшего камня, выступающего из земли под бóльшим наклоном, чем тот, на котором были высечены вóроны. Траутман уже давно исследовал западную часть каменного круга, и теперь по следам пса туда двинулись квендели.